Хозяйственные традиции и тенденции.

Содержание:

Производство

  1. Хозяйственная деятельность – физический процесс
  2. Современные трудности производства и рынка

Экономика

  1. О производственной услуге и искусстве обеспечения
  2. Хозяйственный статус экономики
  3. У капиталистической экономики нет истории. Она не наука                          
  4. Статус капитализма
  5. Капитализм не всем родня

Русские деньги

  1. Причина кризиса                                      
  2. Деньги, как инструмент сделки
  3. Особенности истории русского хозяйства  
  4. О кооперации
  5. Безумные игры в искусственные ценности

Хозяйственные особенности общественной кооперации

  1. Новый признак производственной выгоды
  2. О дисциплине рынка и производства          
  3. Исток общественного паразитизма                  
  4. 4. О социальной дисциплине                  
  5. 5. О противоречии рыночной конъюнктуры производственному успеху                  
  6. Инженерно-техническая доминанта общественного хозяйства

Монетарный механизм

  1. Сбои, капризы в системе стоимости               
  2. Сумерки в мире стоимостей              
  3. Банки                               
  4. Фальшивая стоимость финансового посредничества

Социально-экономические перспективы

  1. Институты стоимости и собственности  
  2. Из ненадёжного настоящего в добротное естественное состояние
  3. О несовместимости трудовой и производственной оценки деятельности
  4. Всякому – свой социализм

Собственность, как естественный и хозяйственно-правовой механизм   

  1. Сущность
  2. Статус

3    Собственность и труд                                 

  1. Реальные оттенки имеющей место общественной собственности
  2. Стимулы материальной собственности

6 Человеческая  жизнь – вид собственности 

  1. Объективная тенденция
  2. Современный этап гуманитарных отношений
  3. Профессионализм социальной практики

 

Производство

  1. Хозяйственная деятельность – физический процесс

     Физический процесс материального производства  суть отношение его трёх компонентов: рабочей энергии, предмета и средства. Он силами и в зоне планетного естества создаёт продукт, в том числе, прибавочный. Видом его энергии может служить любая естественная деятельность, включая физический человеческий труд. Многообразие видов энергии определяет качественно разные составы (предмет, средство), характеры и свойства физических процессов. Физический процесс – деятельность, в результате которой возникает система движений, её ресурс, функция (наименование), и продукт.

       В середине XIX в. на смену орудию труда пришла техническая машина, созданная не планетным естеством, а сотворённая человеческим разумом и трудом. В начале XX в. появились механизмы массового производства, ориентированные на удовлетворение человеческих потребностей, действующие наряду и параллельно натуральным планетным процессам, имеющие целью обеспечить независимое развитие царства людей от одушевлённого мира и естественных природных производств. Использование машинной, конвейерной, автоматической технологии породило новый вид хозяйственного процесса, пользующий в качестве человеческой деятельности рабочие мощности всех видов планетной энергии. Человеческое сознание, социальная жизнь, постоянно не отвечают объективным признакам и разнообразиям неживой природы и фауны. Они, со своей стороны, в качестве независимых субстанций вселенского бытия, пробудили два новых вида производств: сознательный, творческой мысли, и хозяйственный, физический, материальный. Их независимые переменные значения свойственны трудовой практике определённой ступени цивилизации.

       Творческий умственный процесс имеет целью развитие фонда знания и механизмов (логики и математики) рассудка.  Его рабочей энергией выступает мышление. Предметами хозяйственной деятельности являются гуманитарное строительство производственных отношений, техническая база и инженерия производительных сил,  производство материального продукта. Хозяйственный  процесс материального производства в планетном пространстве потребен, в первую очередь, обществу. Его работа представляет сложную систему зависимостей, обеспечивающую взаимодействие физической и сознательной энергий, объединённых одной проблемой (предметом) и условием (средством), находящимися в постоянном иррациональном противоречии их истоков, методов реализации. Основа хозяйственной деятельности – человеческий физический и машинный технический труд, причинность, ресурс и доминанта, которого, являются продуктом сознательной трудовой деятельности.

       Современная хозяйственная деятельность, безусловно, материальна. Но не только. Её физика более сложна, обширна, противоречива. Она осознана, разумна: имеет не естественный, а рассудочный исток и не динамическое, а волевое действие в психическом поле.

     

  1. Современные трудности производства и рынка

       В подготовке и в рабочей операции трудового материального процесса участвуют несравнимые системы деятельности, физика которых представлена разными законами в их пространстве и времени, следовательно, в производственных отношениях, человеческих и производительных силах, в продукте. Они не имеют единой системы измерения, не подчиняются одному общему счёту. В каждом периоде времени для всякого отдельного рынка современная экономика требует не только своих расценок, но своих особых законов и единиц стоимости, независимых в денежной оценке труда. Традиционный всеобщий закон стоимости капитализма регулирует обмен товаров в соответствии с их частнособственническим, рыночным, не производственным, статусом в образе быта, области потребления. Однозначно, в числе, оценивает массу трудовых затрат, образуя единую систему экономической, обобщенной, стоимости хозяйственного труда, зависимую от его меры времени и особенностей рынка. Трудовые издержки определены затраченным временем, тарифицированы рабочей, профессиональной, и должностной, административной, функцией. Производственные запросы установлены производительными силами и технологическими нормами, помимо трудовых расходов, учитывают стоимости обеспечения и организации технических  условий и наличия инженерно-экономических возможностей.

         Империалистический монетарный механизм не является активным участником экономической деятельности. В качестве административного управления стоимостными потоками хозяйственных оборотов выглядит господином поведенческих реакций рынка, инженерно-технических начинаний труда, пользуя бесчувственный стоимостный примитив института частной собственности для решения корпоративных задач, непосильных переменному числу оборотного капитала. Система стоимости и институт собственности не выделяют, не учитывают, особенностей одушевлённого и сознательного труда в отвлечённом числе технологического или метрологического времени. Не его количества, а социального и человеческого современных окрасов рынка, многоцелевых отраслевых условий, признаков и своеобразия специфики производственных процессов. В современном рынке масса затрат имеет многовидовые радикальные (бытовые, государственные, международные) противоречия, с которыми система стоимости,- её способ управления хозяйством, механизм и мера,- не справляется. Рынок глухой в разборках  затрат и противоречий человеческого труда автоматических технологий. Он завис, не ощущает, что труд стал другим. Представляется не только более сложным, по существу, но многоцелевым, вариантным, многозначным в оценке. Он по-прежнему, пытается соизмерить доли, например, физического и умственного, аграрного и промышленного производства. Но в вопросах распознания затрат человеческой и сторонних энергий рабочей операции он бессилен. Рынок труда сегодня – в значительной степени произвол системы «купи-продай» и социального противоречия в области производственных отношений. У экономического прогресса два пути: поиск, освоение, новых искусственных вариантов стоимости и изменение статуса свободного рыночного хозяйства.

          Действительные миры естественной природы и человеческого существования имеют различные причины и источники. Их сопряжённая жизнедеятельность одним и тем же периодом времени представляются разными, вселенскими и сознательными, пространствами, наименованиями, системами независимыми и несопоставимыми. Каждый из них в научной мысли выражает специфическую проблему, свою математику, физику, философию, т.е. свои число, неповторимость счёта и оригинальную логику

 

Экономика

  1. Полномочия

     Современная форма хозяйства имеет собственный статус экономики, следовательно, собственное представление об экономике и экономической деятельности.  

     Объективная деятельность социально-экономической формации задана эпохой её существования и  свойствами действительного пространства, позволяющими ей соответствовать своему времени. Причиной кризисных состояний, вырождений цивилизаций является неадекватность их реального образа жизни и системы её социально-экономической формации.

    Экономика не является обязательной составляющей формации. Она представляет актуальную функцию общественного  хозяйства. Её деятельность имеет множество форм (либеральную, натуральную, национальную и т.п.). Каждая из форм обладает реальной и условной  сущностью. Соответственно, институтами стоимости, собственности, и натуральной или рыночной кооперацией, корпоративной или коллективной организацией. Она всегда сложный конкурентный узел гуманитарных отношений. Требует специальных систем сознательной деятельности, у каждой, из которых, своя проблема, алгоритм и истина.  Особенности профессиональных и внешних (региональных, национальных и т.п.) задач экономических подсистем хозяйства, постулирующих собственный интерес и цель,  не позволяют, гарантировано и полной мере, удовлетворить в системе производственного заказа всех конкурентов. В экономической ситуации тактика и оперативные решения не имеют одной практической основы для всех подсистем. У каждой из них своя, особая, правда, свой позитив, значит, свой способ достижения успеха. Не существует для хозяйств одного восприятия, справедливости и единых, установленных рынком условий для всех, следовательно, однозначной законности системного действия. Законы экономической формации можно обнаружить лишь в политэкономии хозяйства, как систему финансовой  и рыночной кооперации, установить их особенности не из частных разумных либеральных инициатив, а из расчётов её надёжности в жизни конкретной цивилизации, не условного, а практически действующего образа жизни общества. Риски всякой экономической  сделки предлагают сослагательную постановку задачи, анализ вариантов решения. Политэкономия рассматривает не частные мотивы, а познаёт основы и установки для  определённой хозяйственной формы, её вида в составе конкретной общественно-экономической формации.

  1. О производственной услуге и искусстве обеспечения

     Экономика не управляет хозяйственным производством, не его организацией. Она угождает ему. Она работает с производственными нуждами и реализацией продукта, с рыночными потребностями: предложениями и затратами. Её услуга – не производственное предложение в натуре, а местная цена момента, ибо она, услуга, имеет товарную стоимость, вид, но не имеет натуральной морфологической значимости вещественного объекта, целесообразности, материальной сущности товара. Её потребности определены производственными задачами хозяйства и запросами собственного существования, рынком. Она – искусство обеспечения нужд производства, ведения хозяйства.

       Она не совокупность производственных отношений, а система их удовлетворения, базис  общественных отношений капиталистической формации. Не всегда надёжный. Рыночные мотивы, стоимостные и собственнические, всегда отвечают ситуации и моменту частного оборота, его цели, которая не всегда удовлетворяет общественным интересам, каноническим положениям формации. Она не материальный производственный процесс, и не его часть, включающая отрасли, виды производства, производственные отношения и производительные силы. Она экономический, вспомогательный, процесс хозяйственной политики, имеющий наименование производственной подсистемы  в организации отраслевого материального производства в фазах обеспечения потребностей его процессов и реализации предложения. Её невозможно причислить к производству, поскольку эксплуатация её предложения суть наименование невозвратной стоимости рынка.

  1. Хозяйственный статус экономики

        В русском языке экономика является синонимом слова хозяйство. Но хозяйство, как процесс, включает понятие его ведения, осознанную экономическую деятельность, и собственно процесс производства материальных благ. Экономика – разумное целесообразное творчество, связанное с управлением рыночной инфраструктурой материального производства при помощи финансового механизма стоимости. В материальном производстве, помимо физического человеческого труда, участвуют все виды естественной энергии, приводящие в действие вещественные средства и материал согласно технологическим нормам. Следовательно, не в силах традиционной экономики поменять, изменить и  адаптировать производительные силы или производственные отношения капитализма в сторонних хозяйственных формациях. Для этого нужно отказаться действующей экономике от себя самой, от условий собственного существования. Основной функцией экономики национального хозяйства можем считать обеспечение бесперебойного рентабельного состояния его процесса на входе (спрос) и на выходе (реализация предложения). Именно этим, первоочерёдным социальным ресурсом, занимаются её внутренний и внешний рынок.

     Экономика – искусствоведение хозяйства, обеспечение необходимых видов отношений вокруг хозяйственных нужд.  Политэкономия – теоретическая и историческая основа экономической деятельности. Политэкономия – наука. Общественное хозяйство – способ и процесс сознательного обеспечения потребностей социума в труде и его продукте, совокупность производственных отношений и производительных сил материальной и трудовой жизни, естественной энергии и рассудка. Политэкономия позволяет определить настоящие социальные потребности момента, причины сбоя в образе жизни, соответствие формы существования общества его практической жизнедеятельности в конкретных условиях пространства и времени систем гуманитарных отношений. Она позволяет оценить погрешность и её причины в соответствии  политической государственной политики реальному уровню хозяйственных возможностей общества. Экономическая деятельность необходима хозяйственному процессу достаточно высокой (капиталистической) ступени развития. Она имеет не инженерно-техническую, а стоимостную частнособственническую сущность. Её причиной и мотором стало отношение имущественных, материальных, собственностей в процессах сознательного  выживания частных собственников.

  1. У капиталистической экономики нет истории. Она не наука

       Природой экономики является хозяйственная ситуация, её момент и социальная проблема. У капиталистической экономики нет истории. Она принадлежит конкретному периоду жизни  общества. Она не является системой. Каждой экономической  инициативе присуща субъективная, специфическая цель,  соответствующая интересам только данного хозяйства. Всякой ситуации, условиям и пространству отвечает эффект  момента, этап в жизни собственника, свойственный лишь конкретной социально-экономической формации. История экономики развитых стран – не эволюция организации рыночных или трудовых отношений, не научный поиск, а статистика вариантов решений коммерческих и финансовых проблем  собственника в стоимостной паутине.

      Капиталистическая форма рынка имеет свою причинность, время появления и существования. Остальные рыночные формы,  продукты эволюции быта этноса, отличаются собственной сущностью, отвечающей образу жизни общности. Капиталистическая экономика – сердцевина социальной формации, функция, преследующая эксплуатацию собственности в системе стоимости, фактически не социальна, противостоит натуральному трудовому процессу. Она хозяйка в обществе, принуждающем человеческий труд, эксплуатировать персонально, монопольно, в целом, физические и умственные способности населения. Она имеет антиобщественную сущность: обременяет трудовые отношения классовым неравенством и рыночной конкуренцией. Но не поэтому она не может быть наукой. А потому, что не имеет образа, формы, т.е. содержания и системы, основного закона. Одного для работодателя и трудового элемента, продавца и покупателя, деятельной инициативы и форм налогообложения.

    Реальный, состоявшийся, результат и сознательно проектируемый итог, как правило, различен  по сути, как факт и цель. Предложение и спрос – кибернетическая система, где цель обозначает её состояние, доступное путём обратной связи. Кроме того, предложение и спрос – мотивы рыночной стихии, конкурентной игры, каждая из сторон которой, справедливо проектирует свой результат, преследуя свой фактический интерес, свою правду. Всякое экономическое противоречие заведомо предполагает не только несколько вариантов решения, но и разные способы их достижения. Экономическая деятельность от роду лишена объективной системы по причине иррациональности противоречия, отсутствия конкретной задачи при взаимоисключающих условиях, предлагая вместо поиска доказательной истины угадывание вероятностной надёжности пути решения, степени рисков. Сущность капиталистической экономики – стихия, не доступная рациональному рассудку. Она, в отличие от технического производственного замысла, не всегда созидательна, постоянно представляет процесс угрозы расчётной программе и разрушения надежд на ожидаемый результат.

       Её проблемы не имеют одной, угодной всем, цели, порождены частным интересом в хаосе структурных противоречий в порядках воинствующей собственности и учредительных капиталов. Оттого в рыночной среде нет абсолютной (чистой), всеобщей (социальной), действительно объективной истины. Всякий поиск правды, системного закона в играх интуитивной практики и субъективных инициатив корпорации, монетаризма, бизнеса стимулирован и ограничен проблемой, противоречащей партнёрской конъюнктуре. Перспективе рождения экономической науки, гарантирующей рационализм экономической политики и практики,, предшествует период обретения рынком местного,- национального, регионального, идеологического и т.п.,- вектора и принципа хозяйственного строительства самим обществом, необходимого условия всеобщего, одного для всех, материального стимула.  Лишь разумная система управления хозяйством, обладающая своим законом, аналитически достоверная, может позволить научное мышление.

       Человеческий труд, в той части, что не является физической производственной деятельностью, перестаёт служить единственным овеществлённым содержанием продукта материального производства. Стоимость товара, его меновая способность, определена не только количеством затраченного человеческого труда. Сторонние виды энергии принимают участие не только в товарном производстве, но и в его экономике, обретая качественный статус стоимостной шкалы. Их эксплуатация составляет новую группу, независимого энергетического ряда, отличную от биоценоза и трудовых отношений.

         Основная функция капиталистической формы хозяйства сводилась к увеличению национального богатства путём всемерного обогащения либерального бизнеса. Современная форма производственных отношений развитых стран усмирила свободные инициативы частной собственности, отказалась от экономического стимула социального изобилия. Вчера, приспосабливаясь к диктату стоимости, общество могло позволить себе статистическую, учётную, форму контроля социальной и экономической сфер жизни. Современная цивилизация, – её уровень разума, необходимость коллективной безопасности, надёжности перспективы,- требует от экономики и государства обеспечения нормальных условий человеческой жизни в социальной среде. Тревожная психическая атмосфера, бессовестный лживый популизм правительств, стихии фашизма, террора, кризис духа – следствие всеобщего непонимания смысла и цели нашего бытия, его идеи. Требуется единая жёсткая система стоимостных отношений в переменных условиях планетной, социальной и хозяйственной жизни.

  1. Статус капитализма

     Новая политэкономическая фаза не является продолжением капиталистической формы бытия, но только она гарантирует продолжение эволюции и стабильность жизни западной цивилизации. В действительном времени она предназначена для всех народов, совершенна как всеобщая система различной гуманитарной жизни, универсальная, оттого комфортная для всех наций и политических образований. Но непризнанная социально. Она начинается с момента осознания единой для всего человечества формы жизни через вызревший тип, новый порядок, существования всех видов организаций людей, групп, обществ во взаимодействии и взаимосвязи.

     Капитализм – уже устаревшая версия способа выживания. Для того чтобы догнать время, развивающемуся обществу не обязательно иметь его период в своей истории. Тем более преднамеренно внедрить его в образ жизни существующей цивилизации невозможно не только потому, что он уже повсюду мертвец, а и оттого, что у всякой нации свои культура, путь развития, поведенческая функция. Эту грамоту на собственном опыте прочувствовали в ХХ в. страны 2-го мира. Кроме того, достижение наивысшего уровня материальной жизни развитых стран не означает, что их национальное хозяйство стало социалистическим. Ныне принудительная, с чужого плеча, экономическая база обременительна для недостаточно развитого общества, угнетает его духовно, загоняет жизнь в шоковое, кризисное, состояние, в перестройку, распад. Как не вспомнить: в 1922 г. нищая Россия объявила себя СССР, в течение нескольких лет стала могучей на фоне западной цивилизации. В период действующей перестройки на западный лад мгновенно утратила собственную цивилизацию, хозяйство, государственный строй.

        Ещё недавно стихии частной инициативы создавали предпосылку автоматического роста общественного богатства. Теперь социальное благополучие предполагает идею и  проект события в установленные сроки, разумную плановую сбалансированную эволюцию социума. Уровень общественного сознания должен удовлетворять не только действительному поколению производительных сил, но соответствовать способам материального производства и духовного выживания сложившейся цивилизации.

      Динамика оборота стоимости, имеющая полюсом собственность в рыночной среде, предполагает конкурентную периферию в части распределения дохода. Она не равнозначна функции поступательного  развития цивилизации, не имеющей обыкновения возвращаться в своё прошлое; не способна управлять хозяйственными процессами, считаться с конструктивными, технологическими, эксплуатационными принципами. Так, ликвидация СССР вынудила утративших идею членов СНГ ввести собственные деньги, чтобы не вылететь в трубу. Что не спасло Россию, все богатства которой оказались в распоряжении Москвы, а окраины – не у дел, в голоде, холоде. Одновременно, Москва из идеологической и культурной столицы многонациональной страны труда превратилась в паразитический мегаполис с дурной славой этнического рабства, в погромный полигон народного хозяйства, в центр продажной, зависимой от больной валюты, страны. Без перспектив в ближайшем будущем.

  1. Капитализм не всем родня

     Всякому субъекту свойственна собственная природа, стало быть, у каждой страны свои объективные ценности, порой не имеющие стоимости, свой прейскурант выживания. Когда-то рублёвая зона поощряла и стимулировала особенности самостоятельных рынков рейтингом национальных денег в системе единой идейной политики стран участниц. Утрата эволюционной социально-экономической идеи, а не национальные материальные интересы, развалила рублёвый рынок. Источник большевистского здорового политического курса СССР был затоптан. В пятидесятых было покончено с русской коммунистической концепцией: советы оказались голыми, без большевиков, кастрированными, без плодородной идеи. Новый (социалистический) порядок стал фикцией волюнтаристского курса. Полноценная государственная советская система утратила большевистский разум, закон позитивной эволюции  собственной жизни.

         Политическая функция общественного хозяйства определена не имеющим место правовым строем общества, не его фактической хозяйственной базой, а тем образом жизни, который гарантирует его полноценную жизнедеятельность. Тем, что, помимо уверенного существования в действительной ситуации, обещает  позитивный курс развития натуральной жизни нации. Задача обеспечения   выживания   общества   в   трудное   время   и   постоянный   прогресс  его структур в ближайшем будущем принадлежит не традициям и состоянию хозяйственной деятельности, а разумному управлению ею в переломный период. Политика современного хозяйства в настоящий момент времени имеет целью выход общества из кризиса и создание необходимых и благоприятных условий для его материального и духовного развития.

         Хозяйство трудно считать первичным относительно цивилизации, государства, жизненного пространства или социального сознания, национального биоценоза или биологических особенностей населения. Общественное хозяйство и его поведенческая функция, в отличие от организации  одушевлённой деятельности, имеют природой осознанный труд, его уровень и историю развития. Уровень труда призван отвечать общественной цивилизации. Каждая следующая ступень цивилизации вызвана сменой формы организации труда. История хозяйства представляет временной ряд противоречий переменных уровней средств и орудий труда, производительных сил, культуре труда, организации производственных отношений. Данный ряд постоянных сопряжённых отношений есть индукционный процесс, в каждой фазе которого одно из зависимых переменных питает отстающее, являясь аргументом преобразования его жизнедеятельности. Основным регулятором лишь сознательных практических общественных отношений, в том числе, производственных, служит государственное право.

       Это значит, что социально-экономическая форма, общественный строй, тип государства – атрибуты не проектируемой идеологической системы общности, а продукты эволюционного развития цивилизации, соответственно, свойственной каждой из стран и народов.

 

Русские деньги

  1. Причина кризиса

    Настоящий кризис мирового капитализма имеет не экономическую, не хозяйственную, причину. Он – свидетельство серьёзного отставания государственной культуры и организации труда от образа жизни общества, его духовных запросов, в условиях опережающего, качественно нового, хозяйственного предложения. Если речь идёт о классическом капитализме античной наследственности. Там, где её нет, например, в России, там не было, и нет, капитализма. Там либеральный экономический принцип, управляемый чувственной корыстью, вооружённой волюнтаристской идеей, безжалостно уничтожил национальное, народное, хозяйство антинациональной перестройкой.

     В первой половине ХХ в. успех социально-экономического курса России стал заметным, особенно ощутимым на её границах. Соседи пытались использовать опыт и особенности ситуации в интересах собственного прогресса. Утрата большевистского курса в 50-х  г.г. послужила сигналом для изменения ориентации временных попутчиков СССР.  Возвращение   в   лоно  традиционных внешне политических связей соседним странам не сулило позитивной перспективы. Но сократило риски, избавило  их от интуитивных   страхов перед  грядущим неразумным ходом событий, от произвола и угрозы шока, из которого много лет не сподобилась выйти Россия. Сотоварищи, сохранившие в какой-то части  верность социалистическому курсу, презревшие западные посулы, даже с  незначительным  природным  ресурсом,   чувствуют  себя  надёжно,  защищенными идеей  национального  выживания.   Их независимые образы жизни,  государственные политики, хозяйственные заботы опираются не на максимальный уровень материальной обеспеченности населения, а на духовный потенциал жизненного курса, неизвестный античной истории источник социальной энергии. Не частнособственнической, а народной, всеобщей, инициативы. На самом деле очевидно: не самые сытые, а самые здоровые отношения, в том числе гуманитарные, в большей мере жизнедеятельны.

       Особенность противоречий социальных  проблем в деле адаптации исторически сложившегося образа жизни в качественно новом времени, с традиционными претензиями прошлого в настоящем, суть столкновение жизненных экономических и общественных курсов народов не ради протекционистских или территориальных интересов, а за право представлять человеческий вид в будущем. Не так давно мировой гребень последнего империалистического негодования воплотился вооружённой агрессией в Корее, во Вьетнаме. Сегодня этот уголок Земли, сохранивший национальный путь развития в нездоровой планетной политике, представляет серьёзный плацдарм разумного образа жизни наций, трудовой энтузиазм, сознательная самоотдача которого значительно превосходит все те виды сопротивления внешним силам, с которыми пришлось сталкиваться капиталистическому Западу.

      В борьбе за выживание не стран, народов и государств, а цивилизаций, ещё сохраняется преимущество привычного существования перед неизведанной жизнью, требующей мобилизации волевых инициатив нации, отказа не только от психических установок, привычек, навыков, усвоенных генетически, но и от значительного багажа знания, в том числе, практического. Предвзятая оценка качеств новой русской жизни в устах выжившего из ума капитализма не правомерна, ибо он не способен чем-либо помочь, быть примером, поскольку ничего подобного в своё время не испытывал, никогда не испивал русской доли. Но те, кто какое-то время побывал в русском социализме, придерживается его идеи, и, в большей мере, тот, кто утратил её, может сравнивать. Процесс нарастания антагонизма в духовной жизни бывших советских республик стал ощутимым. Государство российское, в мыслях ориентированное на Запад, реально представляет   чиновно-крепостническую структуру, взращённую национальным климатом. Его граждане – серые, жалкие, тени советских людей. Институт частной собственности, противоречащий уставу удельного мира восточнославянской жизни, и закон стоимости либерального рынка, не признающий реальной (натуральной), естественной для неё, кооперации, суть источник хозяйственных противоречий, узурпированного безликой государственной властной практикой и искусственным, существующим в воображении, ненастоящим национальным  образом жизни русского населения.

             В европейском обществе, – союзе государств, не народов,- духовное равновесие раскачивается хозяйственными инициативами. Почти со старта отпущенный рынок, отвергший советскую натуральную кооперацию всесоюзного базара, интуитивно, вербует собственную периферию дойными рынками, формирует новый вид экономического протекционизма обезличенных денег, в отсутствие базы равноправия национальных интересов. Политическая система на основе экономического стимула обязательно имеет собственный полюс оборота национального капитала, который не равнозначен периферийному донорскому монетарному процессу. Общий рынок не объединяет, а эксплуатирует входящие в него рынки через присущие им формальные и организационные противоречия, в силу того, что их финансовые инициативы оказались не адекватными коммерческим мотивам в единице стоимости. Например, страна, вступающая в систему общих денег должна подчиняться законам её затратной практики путём безвозмездной утраты части хозяйственных норм и особенностей организации труда в рамках национального предложения. Оттого общее право на саму жизнь обещает качественно  разные блага и свободы для каждой из вовлечённых наций.

       Получается,      что     расширение     либерального      пространства путём нивелирования    системы государственной    законности    для международного   бизнеса    компенсировано    вырождением    его национальной    природы.    Такое    общество   может    быть    временным    явлением, отвечающим конкретной ситуации,  но не заботам,  не субъективным проблемам, даже если они вызваны депрессией. Не только восприятие, но и объективная причинность,  всеобщего кризиса,  не однозначна. Такая  организация рынков в странах  разной общественной природы изначально противоречит развитию этнических цивилизаций.     Наличие национального рынка свидетельствует экономическую реальность общественного хозяйства, механизма биологического, материального и духовного общественных начал. Экономика возникает там, где имеет место источник прибавочного продукта. Не обязательно капиталистический,  надуманный или выстраданный.

     Материальный национальный производственный процесс появляется не на пустом месте, а там, где наличествуют конкретные условия и права его существования, рождённые и приобретённые историей в каждом поколении. Он развивается благоприятно, пока    отвечает    характеру    и особенностям    истории    становления    нации, последовательно адаптируясь в каждой очередной хронологической ситуации. Это его природа. Но всякий раз, испытывая внешние влияния, параллельно и зависимо сосуществующих хозяйств, он вынужден защищать собственное право на жизнь своими специфическими возможностями перед нацией. Не перед другими странами и рынками. Он им чужд. Оттого только он, свой, необходим для действительной независимости нации. Он определяет качество и уровень образа её жизни. Без национального труда, как без собственной земли, нет национального образа жизни.

  1. Деньги, как инструмент сделки

     Капитализм создал экономику, область сознательной деятельности, театр переменных субъектов собственности в стихиях системного рынка. В естественных общественных отношениях подменил натуральные ценности рассудочной товарной, надуманной, стоимостью, соизмерил их блуждающей ценой. Возникла система товарной кооперации, поощряющая рост правовой собственности в функции её стоимости. Капиталистическая экономика перестала быть таковой, как только рынок товарной собственности оказался подконтролен финансовому диктату, утратив заметную часть непосредственного контакта с реалиями материального хозяйственного процесса действительных ценностей общественной жизни. Развитие, переменной относительной рыночной собственности банковской структурой не всегда отвечает товарному обороту, менее чувствительно к причинам социальных перемен. Его инициативы порой не вписываются в национальную жизнь, государственную политику, постоянно противопоставляют монетарную роль разумного системного спектакля интересам естественной жизни социума.

    Капитализм совершенствовался во времени истории общества. Главный инструмент его рынка, деньги, с изменением формы процесса материального производства, с изменением функции человеческого труда, перестали быть  принадлежностью, в основном, коммерческой сделки, превратились в машину самостоятельной, финансовой, отрасли экономики, в функцию современного хозяйства. Её аппарат, оснащённый нынешними производительными средствами, вполне удовлетворяет энергетическим и инерционным характеристикам монетарного оборота. Но не рыночного: деньги остались инструментом его сделки «товар-деньги», (Т-Д). Торг чисто монетарных отношений преследует  развитие прибавочного продукта в отсутствие такового в ненатуральном неестественном,  обороте стоимости. Экономика кооперативной системы современного рынка вдруг обрела функции олигархического командного пункта корпоративного хозяйства, утратила чувствительность в эволюционном процессе производства жизненно необходимых благ.  Реагирует не на спрос, нужды одушевлённой жизни, а на конъюнктуру сложившейся финансовой целесообразности. Своей конечной целью имеет не производственный жизненно необходимый продукт, а прибавочную стоимость: эволюционный инструмент собственности.

  То, что называется капиталистической экономикой, то, что признаётся хозяйственным потенциалом и трудовой жизнью страны, на самом деле сегодня несовершенная инфраструктура современного способа производства национального материального хозяйства. Там, где нет непосредственного управления материального (промышленного, аграрного) сектора производства, там не может быть полноценной экономики, даже при наличии декораций свободной рыночной и финансовой деятельности.

  1. Особенности истории русского хозяйства

    Величайшая заслуга марксизма видится в том, что он историю европейской жизни  представил научно. Обосновал связи и зависимости национальной экономики от государственных задач и функций со дня её рождения. Выделил источник и механизм существования последней общественно-экономической формации Запада. Сегодня капитализм – рациональная, доступная уму, привлекательная система жизни. Поскольку прошлое остального мира остаётся дремучим лесом, другие народы готовы поменять собственные природы и образы жизни на чужую рекламную картинку. Но историческая формация – это не технические, культурные, правовые достижения, а этап сущностной хронологической системы общества, заданный реальными условиями, но не их пониманием, не априорным воображением.

   Восторженное восприятие капитализма со стороны остального мира происходит от его когда-то поразительных достижений. Но он сам, по существу, в первую очередь, не вещественное, а гуманитарное образование. Не явление материального мира, не данное и достигнутое человеческим трудом, а он в нас самих, во всех возможных человеческих отношениях, сопряжённых с переменной стоимостью и частной собственностью. Или его в нас нет. Его нет в поколениях русского народа, нет в  истории отечественной цивилизации и хозяйства. Его нет в действительности и в нашей природе, в людских душах. Его взрастили не боярская вотчина, не дворянские поместья, не национальные угодья. Он сознательно внедрён в наш быт, как привлекательный, но чуждый, мнимый, гламурный феномен, т.к. в нашем общественном подсознании нет полноценного ощущения реального капитала, в общинном труде нет товарной, а в его организации, частной собственности. В нашей национальной исторической действительности нет тех признаков стоимости, что существуют в отношениях иностранцев, тех, что исторически навязаны им рассудком, их классовой цивилизацией, постоянно требующей обоснования форм эксплуатации труда приёмами социального права, не реальными в одушевлённой организации гуманитарного мира. Капитализм вреден нам, не нужен, поскольку осознание материальных товарных форм, функций денег и собственности, в эволюционном становлении западной цивилизации, имеет перекос относительно их естественной и сознательной  основ человеческой популяции.

   С того момента, как Пётр I прорубил окно в Европу, Россия стремится в капитализм, на свет заморской, несвойственной ей, завидной жизни. Её родная история не богата внешними постоянно действующими контактами через моря или пустыни. Её духовность формировалась землёй, обособленной только ей присущим бытом. Eё собственный мир во времени ограничен скудным летом, мизерными и необязательными урожаями, тяжёлой землицей. В нём нет закона, гарантирующего человеческому труду индивидуальное иноземное качество, – определённый знак переменной имущественной  значимости денежной сделки, коварной уловки бизнеса, фокусной стоимости барыша, искусственной выручки. Нет ни ассоциативной, ни релятивной систем стоимости затрат и качества работы. Результаты процесса труда определены, в значительной мере, переменными, независимыми от человеческих сил, природными, условиями. Население выживало не с рынка, не с обмена произведённым продуктом, а с запаса. До  XX в. не выгодная национальная торговля, не купеческая смекалка, а успешная коллективная борьба с вечными невзгодами, требовала от скудной казны, зависимой от результатов общественного труда, обязательного соответствия натуральной картине жизни.

  Русские – особый народ, как каждый из народов. Он воспитан не в классовом обществе, а в многоукладном, отвечающем своему национальному пространству, режиму и морали, позволившей выжить нации во времени. Русь вела войны, побеждала, брала пленных. У неё никогда не было рабов, невольничьих трудовых отношений. У неё были особые отношения с соседями. Но   триста лет   крепостничества   Романовых  привело  русского  холопа   к  самому страшному в истории человечества, низменному положению невольника-аборигена. В начале семнадцатого, свергнув гнёт, она пыталась обрести капиталистическую свободу на уровне соседской империалистической обстановки. Уже в октябре она отказалась от этой затеи. Ещё раньше Запад отказал в поддержке русской необузданной паразитической демократии, поддержав монархическую диктатуру Корнилова.

   Неуловимый прибавочный продукт, ограниченный ресурс воспроизводства, единый общий всенародный путь и примитив средств выживания, определили форму существования русского люда за счёт неограниченных затрат национального фонда труда, местного, скудного, выборочного, осторожного обмена, индивидуального хозяйственного запаса первой необходимости и бесконечной, беспрестанной нужды, при отсутствии управления общественной жизнью стоимостным стимулом. Искони натуральные отношения душ в духоте крепостных усадеб, разбросанных на огромном жизненном пространстве, лишённые системы расширенного развития в границах казны, не обрели единой стоимостной оценки национального труда, его продукта. Население не могло оторвать от себя, от своего достатка, что-либо в условиях, когда доход не всегда превышал затраты.

  1. О кооперации

     Цена производственного предложения была выражена натурой локального спроса. В отсутствие    товарной системы торга страна не могла иметь национальный рынок в качестве  свободного общественного воспроизводства, поэтому не имела  механизма национального хозяйства, национального спроса на продукт отечественного производства, национальной кооперации. Не могла иметь организованного пролетариата, как таковой, буржуазии, демократического права,   товарной   сделки   и   корпоративной   коммерческой  организации.   Само  отлучение   продукта   труда   в   стоимостный  сектор, обращение его в товар,   не   имело   ни   причины,   ни объективного эквивалента. Оттого русский купец – всегда вор, не похожий  на иноземного гостя. Купеческое сословие, изначально и наследственно, не тот деловой мир, которому общество может доверять.

   Но это не недостаток конкретного человека, группы людей, а объективное отсутствие системы товарных отношений, узаконенных специфическими трудовыми зависимостями, национальной организацией спроса и предложения. Примитив рубля, представляющий единицу учёта не реальной, а учреждённой, ценности, в условиях свободной игры в деньги, не имеет никаких частнособственнических, товарных, функций в стоимостной системе. В условиях западных рыночных отношений, рубль не деньги, не валюта, а мера ущербности русского купца. Рубль не эквивалент товара рынка, оттого что не является таковым: мировая система стоимости существует только в сознании людей в границах, ей отведённых. Созидательные казённые деньги порождённые, подчинённые и существующие лишь в государстве в качестве билета, разрешающего покупку, в отсутствии капиталистических отношений, получив свободу либерального рынка,  исчезают  как ценность,  как носители материального блага. Они перестают принадлежать государственному и натуральному рынку, теряют собственную гражданственность, прекращают отвечать назначенной им казённой роли, отказываются от соборной практики общинной природы, нации, страны. Они неспособны обрести валютный стимул, ибо изначально не имеют знака чуждой либеральной ценности, ложны (не имеют подлинной рыночной стоимости) и не свободны, не конкурентные. Несут не доход, частную независимость, а сплошные обязанности и нерешённые социальные и персональные проблемы. Они не ощущают качественную особенность рыночной сделки: товарность спроса и предложения, частную составляющую свободного обмена не свободной собственности.

   Перенесение жизни страны, имеющей собственный сложный путь выживания, самосохранения, развития, в неведомый лес стоимостных отношений, вызывает отрицательную реакцию, отторжение форм материального, биологического и духовного воспроизводства естества нации. По замыслу, российский капитализм – тотальная структура нового образа жизни. На самом деле, все соотечественники оказались виртуально разделены не на политические классы, а загнаны практически в один базар «купи-продай»,  ибо правовой и генетической основой образования социальных укладов по западному образцу русский образ жизни не обладает. Какая-то часть населения, не имея наследственной установки и навыка, чисто интуитивно, ощущает разницу между ценностью и ценой, между надёжностью и рейтингом стоимости жизни. Но русская цивилизация, как общенародное достояние, объективная организация национальной жизни, не имеет либерального, искусственного, способа решения проблемы в своих границах.

     Генетика жизни популяции не тождественна родовой специфике вида жизни или особи рода. Ассимиляция народа в совершенно новых условиях жизни имеет результатом утрату своего языка, культуры национального самосознания и хозяйства по причине отсутствия необходимых опыта, психологических установок, запретных рефлексов в прежней жизни, в неспособности не человеческой особи, а народа в целом, адаптироваться в процессе критической ломки  его жизненного строя и образа жизни. Люди получают новое пространство деятельности, к которому не приспособлены не в силу только того, что русские деньги лишь бумажный знак стоимости, не признанный товарной конкурентной средой, но, главным образом, потому, что они в нём не свои, они по-другому организованы и натасканы. Их общинному единству грозит распад, их коллективные функции ломаются подсознательно, утратив живительную среду врождённого казённого быта.

          В процессах, выживания, становления и развития русской жизни деньги не играли заметной роли. Игры в деньги не поощрялась в советской действительности. Русская жизнь аккумулирует естественные формы продукта труда, переводя в деньги излишек. Она не заводится от изощрённых монетарных механизмов обмена, стимулирующих энергетику и динамику не естественного, а товарно-денежного оборота. Коллективный труд русской усадьбы, раскрепощённый казной, имеет продолжением отсутствие кооперации производителей, обособленность усадебной жизни и продукта её труда в общественной жизни. Об отечественной кооперации мечтал В.И.Ленин.  Первая же попытка НЭП использовать в русском хозяйстве капиталистический рынок имела негативный итог.

       Форма хозяйственной кооперации задана не уровнем производственных отношений, а их природой. Структура современной кооперации сложнее ранее известных рыночных образований. Ей тесно в пространстве оборота. Она не подчинена шаблону стоимости.

  1. Безумные игры в искусственные ценности

       Безответственный, нынешний, российский деформированный торг не обладает признаками делового мира, либеральной сделки, народной (царской, советской) казны. Практика перестройки российской жизни на капиталистические отношения без изменения национального пространства, физических, естественных сред и природы, т.е. объективных законов, натуральной эволюции общественной жизни, привела к преобразованию не национального в европейское хозяйство. А к перестройке русского человека в россиянина,  смело торгующего всем,  что доступно: властью, должностью,  благополучием окружающих,  семьёй, жизнью детей, законом,- не  улавливающего особенности жизни и границ, чуждых его одушевлённой натуре и неподдельному сознанию в мире товарных отношений.

     Восприятие    человеческим    сознанием    социальной    жизни,    развивающейся    в конкретных   отечественных  границах и  условиях,    получившей   национальную   психологическую установку  в   течение   совместной   истории  становления определённой   человеческой популяции, особи   и   их   конкретного   пространства   обитания,   отличается   от психологий других людей и наций. Так, обратную ситуацию видим в Палестине, где евреи, потерявшие  натуральную  связь  с геологической  эволюцией  родины,   спустя  века, пытаются вернуть утраченное право национальности быть нацией.

        Тем не менее, Россия, цивилизация с тысячелетней историей, первой в истории человечества создала социалистическое государство в 1922 г., затем социалистическое общество, конституцией 1936 г. Прогресс осмысленной жизни достигается положительным опытом. Отрицательный, даже многовековой, социальный опыт формирует нерешительное, пугливое восприятие действительности и недоверие собственной деятельности. Поэтому личность И.В.Сталина остаётся самой популярной, святой и страшной, в общественной жизни. Её святость обусловил ряд фактических незабываемых побед в Отечественной войне, культурной, индустриальной революциях, коллективизации. Страшной для отцов перестройки является его главная, основная победа, над НЭПом, без которой остальные большевистские триумфы, были бы невозможны.

     Это была победа над безумием, в результате которого страна впала в чудовищный, глубокий и обширный, голод. Когда рухнули отношения между городом и деревней. Когда фермер-кулак, хозяин русской закалки, надёжный производитель, традиционно отказался стать купцом. Вопреки    требованиям    нового рынка    урожай    гноил    в    собственных    закромах, собственное биологическое довольство ощутил через проявление духовной силы и власти. Победа социального рассудка потребовала страшных жертв. Ликвидации кулачества, уничтожения ферм, возвращения к исторически испытанной усадебной коллективной организации на индустриальной, отвечающей времени, базе. Те, кто теоретически и административно был повинен в неоправданной экономической политике и её результатах, в основном, большевики, совершившие ленинскую государственную революцию, были физически уничтожены. Большевизм был виновником НЭПа. Он ответил за роковой просчёт  перед советским народом жизнями его авторов, своих ранее надёжных бойцов, товарищей, идейных функционеров, ради чистоты идеи русского социализма в своей стране..

       О последствиях той экономической ошибки страшно вспоминать в условиях итога очередной негативной перестройки национальной экономики. Попытка переделки сущности  русского человека в триста, пятьсот дней, за двадцать лет не удалась. Как и в 1861 г. получив свободу, крестьянин не устремился к земляному наделу. Либеральная экономика фермерского хозяйства для царя, её разрешившего, и, в дальнейшем её горячего поборника П.А.Столыпина, обернулась личной трагедией. Волюнтаристская стоимость своенравной земли, никогда не имевшей цены, и в этот раз оборачивается серьёзным социально-экономическим неуправляемым процессом.

    Русская экономика хозяйства, объективно отвечающего времени, – механизм натурального обмена, схема которого суть его программа материальных и трудовых затрат,  государственный график ревизионного финансового контроля обеспечения производственной жизнедеятельности и состояния бюджета страны. Достигнутый на сегодняшний день уровень электронного автоматического управления и видов информационной техники  позволяют обеспечить развитие народного хозяйства, исключив субъективную купеческую составляющую национального рынка (обман, обвес, обсчёт, подкуп, чёрный нал, коррумпированные социальные образования). Для этого насилию иноземной мысли должен стать преградой врождённый ум российского быта.

    Советам когда-то удалось решить проблему стоимостных отношений за счёт изоляции национального хозяйства иррациональной системой казны, не эквивалентной капиталистической стоимостной системе, создав её финансовый дубликат внешнего обмена. Это позволило сохранить особенности своего образа жизни и впервые практически предложить политическую свободу личности и экономическую систему социуму, государственную гарантию ценности денежного знака.

 

Хозяйственные особенности общественной кооперации

  1. Новый признак производственной выгоды

    История античного мира, эволюции отдельных городов-островов, суть попеременное развитие политического права и коммерческой деятельности в денежной системе измерения стоимости самой человеческой жизни и её собственности. В свою очередь прогресс социального сознания конструировал формы мирного планетного сосуществования инородцев и иноверцев. В рамках классовой политики эти отношения ограничены однозначным требованием свободы (инициативы) и материального достатка, правом собственности, системой количественного учёта. В настоящий момент качество денежной единицы не удовлетворяет стоимостной системе управления рынком. В первую очередь, труда и экономического комплекса обеспечения хозяйства в целом. В части труда по причине его лишь долевого присутствия в производственном обороте и его меры (оценочного показателя) в управлении хозяйством. Если человеческий труд стал лишь звеном материального  производства, то квалифицированный труд оказался изъятым из производственных отношений путём администрирования коммерческих энергетических затрат, не вписывается в систему частной собственности. Так, перекос товарной системы в социальной оценке не редко вызван не соответствием реальной стоимости персональных затрат труда номиналу его частной собственности, противопоставляя его действительное общественно полезное значение паразитизму собственника.

     Нечуткость и несправедливость рынка объясняется не деградацией системы товарной стоимости, а изменением статуса и содержания труда в социальной жизни. Развитие количественного стимула,- дохода, производительности и т.д., – стало недостаточным в организации успеха хозяйственной практики. Культура, творчество, профессионализм трудового процесса не имеют единого постоянного значения в оценке его результата. Каждый рынок по своему, не всегда заслуженно, устанавливает цену сложности и достоинства труда. В том числе в тех случаях, когда работы имеют не социальную (национальную), не рыночную (региональную) природу, а представляют виды и особенности производства, уровень его цивилизации. Так, изначальный характер (физический, умственный) не адекватен в оценке затрат и продукта современного, инженерно-технического труда. Не существует отношений стоимостей деятельности, одушевлённой, неодушевлённой и неживой природы. Отсюда произвол, некорректность, производственных отношений, ложная рыночная основа хозяйства. Эта неустроенность играет на руку традиционной жизни, привносит её недомогания в нашем времени в реальную жизнь, является серьёзной преградой для  социальной адаптации и кооперации  оборотных средств.

      Современное национальное хозяйство служит обществу, удовлетворяет его потребности, подчиняется его разуму и воле, работает в оптимальном и рентабельном режиме. Оно управляется нацией, её запросами. Оно уже не может зависеть от произвольного предпринимательства, от примитива его либеральных вариаций. Не существует шкалы стоимости, стимулирующий рост и качество жизни, что свидетельствует утрату рассудочного начала общественным трудом. Цель самого продвинутого рынка – формирование количества, его прибыли, рост товарно-денежной массы.

 Труд, благодаря эффективности высоких технологий и корпоративной организации, стал целевым, общественно полезным, максимально выгодным хозяйству не столько величиной физических затрат, сколько необходимыми профессиональными способностями, специализацией, производственным предложением, отвечающим подлинному образу жизни. Его продукт стимулирует не только сытость и материальный достаток, но и, часто, научную ёмкость, конструкторскую и технологическую  подготовку. Квалифицированный кадр независим от эксплуатационных характеристик машины, ибо сам их создаёт. Он управляет работой машины, не испытывая её диктата, не ощущая себя её придатком. Там, где нет творческой задачи, там, где его физиология подчинена техническому механизму, служит ему, там нет его доминантной мысли, нет его. В товарной оценке он одушевлённый робот, жизнедеятельность которого подневольна производственной задаче.  Тем не менее, человеческий труд эксплуатирует производительные мощности, не наоборот.

  1. О дисциплине рынка и производства

    Руководящий труд осознанно и ответственно назначает режимы и задания автоматическим операциям и линиям, не зависим от инерции и ритмов рабочих потоков. Но его активная деятельность и быт подчинены жизни общественного хозяйства, его принципам массово-поточного производства, его экономическому стимулу, кооперативной структуре. Дисциплина социального труда жёстко определена организацией и характером экономики, производственными отношениями формации, тактом спроса-отдачи конвейерного типа хозяйства, массового производственного предложения. Жизнь современного общества стандартизирована, унифицирована, профессионально специализирована, что мобилизует и направляет инициативу, творческие свободы человеческого общества планомерно, дозировано, соответственно цели, в фонды развития, воспроизводства цивилизации и уровня её труда.

    Все перечисленные изменения в экономике последних лет вызваны империалистической основой хозяйства. Империализм завершил развитие классовых политических отношений, система которых в наше время не работает, поскольку количество и интенсификация трудовой деятельности определяет не человеческий труд, а техника нечеловеческих видов энергии. Производственные и трудовые отношения – вид социальных отношений в процессе  материального производства общественного продукта, обмена и распределения человеческого благополучия. Они присущи только гуманитарной деятельности, подчас оторванной от технологических процессов, частной собственности на средства производства, от производительных сил общества. В рыночном обороте они не товарные, не являются носителем производственной стоимости товара.

      Их стоимость определена социальным спросом, необходимостью организации хозяйственных работ,  неучастием физической силы в материальном процессе производства. Их пространство ограничено мерой человеческого взаимопонимания возникшей проблемы, уровнем процессов мышления и согласованных практических действий. Трудовые отношения становятся не капиталистическими, не классовыми, оставаясь корпоративными, стоимостными. Рыночный обмен собственностью, в том числе трудом, отторгается от частнособственнической и стоимостной зависимости, в случаях, когда сознательный труд является личной собственностью работника, но не производственного процесса, не экономической услуги. Его энергия и проблематика не имеют отношения ни к средствам, ни к предметам физического труда. Личная профессиональная собственность стала социальной услугой инженерно-технических комплексов. Интеллектуальная и культурная деятельность выражается независимыми политическими системами, имеющими не рыночный, а социальный спрос. У неё собственный дисциплинарный устав. Рабочая сила, её универсальный потенциал, всё более становится альтернативой умственному творческому, социально высшему разряда, труду. Империализм в политике и экономике современной жизни и правительственных курсов оказывается ложным мотивом.

  1. Исток общественного паразитизма

   Качественные изменения рынка труда заметны, в 1-ю очередь, в появлении многопланового противоречия созидательного, машинального, физического человеческого и индустриального труда. С одной стороны, частной и личной, с другой – частной и общественной собственности. В практической хозяйственной деятельности трудно поделить стоимость натуральных и товарных затрат. Техническая энергия процесса производства реализует, мобилизует и амортизирует средства производства и предмет труда. Она является главным ресурсом производительных сил, но в отсутствие учёта количества и качества потреблённого квалифицированного труда она несправедливо принадлежит сырьевой базе, спекулятивной позиции в монетарной оценке прейскуранта. Ибо её реальная производственная цена возникает через опосредованную человеческую деятельность. Это новый вид торможения гуманитарного прогресса.

       С 60-х годов прошлого века советское хозяйство, перейдя со стимула максимально производительного всеобщего, аграрного и индустриального, труда на всемерный рост товарной достаточности, удовлетворения человеческих потребностей, начало терять показатели количества и интенсификации труда, а с ними темпы прироста производственных мощностей. Передача директивной производственной задачи рыночному азарту стихий свелась к ликвидации не товарного, а тотального жизненного дефицита, основного стимула развития отечественной экономики. Наезженная успешным директивным опытом колея властной политики пропала совсем, уступив место ухабам и пробкам перестройки. Это был не экономический позыв. Это был сигнал полной утраты русской идеологии, стимула общинного труда, возвращения к пресловутой мечте завистливого и ленивого холопа, мечте о сытости до барской отрыжки.

           Современный квалифицированный труд, его процесс, не является компонентом материального процесса производства, оставаясь вспомогательной независимой функцией в системе рыночной стоимости и товарной собственности. Его частный характер в экономике хозяйства смещён политическим гражданским статусом  личного и всеобщего  общественного труда, деклассирован в третий класс, национальной общины, аполитичный пролетарским и властным интересам. Реальная закономерность эволюции качества (опыта, квалификации, профессионализма) труда  при развитии производительных сил и производственных отношений не имеет отражения в кознях свободного рынка и в лабиринтах классовой политики. Либеральный, отпущенный, рынок, не обладающий школами собственности и стоимости в социальном сознании,- безответственная затея. Свидетельством тому служит внезапная полная утрата инженерно-технического кадра и деловой научной интеллигенции российским хозяйством, повсеместная ущербная правовая и нравственная атмосфера,  отсутствие общественных перспективных проблем, зависимости правовой системы от идеологии власти, противоречия государственной доминанте, безразличие к собственным нуждам.

  1. О социальной дисциплине

     Одним из обоснований необходимости социальной дисциплины и управляемости поведенческой функцией общества возникло понятие типа производства параллельно его виду. Современный тип крупносерийный, поточно-массовый, фаза и период которого определены, с одной стороны, временем эксплуатации субъекта производства долгосрочным соглашением реализации его продукта, нормой амортизации мощностей т.п., с другой, соответствием организации производственных отношений уровню производительных сил. Даже корпоративному бизнесу, не по силам рынки теперешних товарных масс, их опт, розница; не по зубам маркетинг отраслевых коопераций, тем более координирование инвестиций национального хозяйства, современные сориентированные потоки стоимости, головные предприятия которых контролируют миллионы номенклатур, движение тысяч технологических цепочек, на главных конвейерах отрасли воплощаемых готовым продуктом. Для него сложны инженерные проблемы атомного, радиоэлектронного, машиностроительных, др. производств высокой технической потребности и совершенно новой организации общественного разума, на которые работают в одной упряжке сторонние отрасли хозяйства и учёные тысяч институтов разного профиля.

    В условиях беспомощной не профессиональной государственной хозяйственной деятельности поточное производство не способно постоянно самовоспроизводиться во времени. Его дискретность зависит от сопротивлений терминалов в узлах планетной кооперации и причуд стихий спроса. Что должно учитываться не только во всех сферах социальной и хозяйственной политики, но обязательно подчиняться скорректированной программе    развития    национального   материального   и   духовного   спроса.   Это не фантастика: в народном хозяйстве СССР эта директивная работа была освоена.

        Не пролетарский труд, а дисциплинированные порядки фаланг монополии удавили капитализм, его наивный, ранее необходимый, но подчас подлый, всегда продажный, обожествлённый оборот мелкотоварного рынка полукустарного и мелкосерийного предложения. Можно с достаточной точностью определить начало социалистической агрессии на традиционное национальное хозяйство. Это первое десятилетие ХХ-го в., период проекта и освоения конвейерных мощностей в США Ф.У.Тейлором. С этой поры в системе управления развитых стран завязался, начал расти клубок многочисленных противоречий беспокойной фактической инициативе общественного хозяйства и консерватизма государства либеральной демократии.

  1. О противоречии рыночной конъюнктуры производственному успеху

     Объективные переменные социально-экономические факторы,- труд, рынок собственность,- в стоимостном обороте относительно вертикальной оси всякого корпоративного дела (от поставщика, посредника дочерних этажей и далее до главного пульта управления) в системе товарно-денежных отношений …Т-Д-Т-Д … приводились в движение и контролировались финансовой деятельностью банков, коммерческой статьёй соглашений и фактическим уровнем рентабельности производства. Эта империалистическая система была безотказна до того момента, пока всякой сделке рынка, в том числе найма, соответствовал стоимостной норматив, выраженный переменным числом реальных затрат и дохода. Вариантность и условность рент валютных зон, отраслевые эквиваленты, границы государств и сфер различных влияний оказывают сопротивление корпоративному бизнесу, снижают результативность решений, динамизм и полезность деятельности управления.

    Капиталистические отношения отличаются своими категориями в товарно-денежных зависимостях.

 Так, реальный, натуральный доход имеет источником развития прибавочный продукт, создаваемый производством. Товар существует в системе спроса и предложения рынка. Рыночное переменное предложение, поступление – особенности национального хозяйства, продукты его производственных возможностей. В его составе услуга является хозяйственным, не производственным, предложением, не оставляющим прибавочного материального продукта. Она необходима организации и динамике торга, не обладая вещественной сущностью. Рыночный механизм, товарные затраты рынка, имеют стоимостную прибыль оборота, но сами по себе, как кооперация, реальный обмен, представляют в действительности реализацию товара без компенсации его естественного содержания, не производительный расход. Они постоянно несут потери за счёт прибавочного натурального материального продукта. Уничтожают часть производственного предложения своей внутренней расходной деятельностью. Рыночные отношения и силы необходимо обеспечивать, кормить.

       Коммерция – механизм оборота в производственной системе спрос-предложение. Она не является составляющей частью материального воспроизводства продукта, товара. Не принимает участия в процессе создания естественной нормы прибыли, в колебаниях производственной цены. Но в системе спрос-предложение имеет постоянную задачу увеличения оборотности, хозяйственной стоимости товара путём полного обеспечения производственных потребностей и сбыта продукции в технологическом цикле. Экономическая деятельность,– то же производство, но подсобное, стремится к минимизации материальной доли в общей рыночной прибыли, поскольку её источник дохода возникает стихийно, не из системных зависимостей созидания материального продукта, а диктуется частным рыночным интересом, динамикой спроса. Чем сложнее задачи кооперации, тем больше причин сбоя в финансовой реакции рыночного механизма. Чем не проще, прозрачнее, непосредственнее коммерческая услуга, тем совершеннее рынок, тем ниже национальные затраты, тем динамичнее оборот капитала. Для общественного хозяйства лучший режим обогащения – сравнительно высокая натуральная рентабельность производства при относительно скромных коммерческих монетарных расходах.

В конечном счёте:

–     Хозяйственные задачи кооперативного комплекса выполняются не переменной суммой стоимостей с оборота частных капиталов, а устранением противоречия рыночной конъюнктуры действительным потребностям производства. Как только российская экономика перешла на штучное производство малого бизнеса, народное хозяйство слетело с достигнутой ступени организации труда и производственной кооперации, её кадр подурнел культурно, профессионально и нравственно.

–     Используя капиталистический инструмент примитивной монетарной стоимости, настойчиво следуя изжившим себя и сомнительным стимулам, современное общество не может рассчитывать на позитивную эволюцию быта, на мирную, справедливую, спокойную социальную жизнь.

–     Монополистическая деятельность свободного рынка мотивирована импульсами монетарного развития дела во всякой проблеме, представляет единую систему управления всеми оборотными средствами задействованных производств. Директивный метод народного хозяйствования руководит непосредственно процессом материального производства с помощью трудовой, технологической и производственной дисциплин, отвечающих не только их рабочим и техническим установкам, но и установленным целям и срокам. Командует всеобщей программой действий на всяком участке с помощью уставной экономической политики организованного удовлетворения производственных нужд. Чем не полнее соответствует цена предложения рынку, его  товарному обороту, тем надёжнее и спокойнее хозяйственная жизнь. Но она сама, цена, отлаженного производства закладывается рыночной обстановкой.

  1. Инженерно-техническая доминанта общественного хозяйства

        В современном хозяйстве не рынок определяет экономический социальный успех, а производственно-трудовые отношения общества. Если маркетинг является пультом управления производством, как это принято в сегодняшней России, то в условиях её кооперации, её организации хозяйства, он ведёт неизбежное постоянное уничтожение национального производственного процесса. В первую очередь, высоких технологий. Советское (народное) успешное хозяйство имело главным пультом инженерно-техническую мысль. Процессом производства руководил производственник (конструктор, технолог, учёный). Проблемы обеспеченности работ считались вспомогательными процессами, плановой экономикой..

       Первым в сложившейся ситуации нового этапа производственных отношений разобрался сталинский СССР. Вопреки законам классического капитала он решил догнать и перегнать экономики благополучных стран по производительности. В первую очередь энергетического комплекса (группа А) и отраслей средств производства, за счёт переориентации хозяйственной задачи НЭПа,- со стоимостного параметра прибыли на натуральную цифру прибавочного продукта, и метода её решения – с дохода от оборота стоимости на фактический рост материального валового продукта с помощью эффективности и рентабельности технологических процессов. Это удивительный эксперимент в отсутствие национальной капиталистической товарно-денежной системы доказал, что чистый продукт есть производная естественного материального производства, что хозяйственная прибавочная стоимость – только проекция подлинной натуральной прибыли. В 30-е г.г., голодая, на последние гроши страна возводила автомобильные, авиационные, подшипниковые, сталелитейные заводы, лопатами открытым способом прокладывала подземные туннели знаменитого в мире метро. Под аграрный труд подводила индустриальную базу, считая дефицит бытового и промышленного спроса основным мотором хозяйственного прогресса. В 70-е этим же путём в элиту сытых стран прорвались японцы, в конце века – н/хозяйство КНР. Нынешний застой европейской жизни обязан догме всесилия денег, тяжелейшей болезни социального разума

       Основная причина уловок и сбоев монетарного механизма в его не легитимности современным производственным задачам. Его способности исчерпаны. Его возможности не позволяют адаптировать стоимостный оборот в натуральных социальных и хозяйственных отношениях.

       Капиталистический опыт связан, во-первых, с уравниванием денежной стоимости и действительной ценности денежного знака. Во-вторых, – с отождествлением денег национального рынка с национальным богатством. Денежная стоимость – денежное выражение ценности объекта, цена товара.  Смещение энергетической функции труда в материальном производственном процессе на нечеловеческие виды деятельности противопоставило системы стоимостных отношений человека и машины, физические и сознательные составляющие рабочей операции. Технологический порядок, его эффекты, задачи и затраты, созданы человеческим разумом, но технологическая деятельность, её энергия, механической рабочей линии не является человеческим трудом. Автоматический режим роботов конвейерного хода – технический. В нём человеческий труд не участвует. Но его создание, пуск, управление требует осознанного действия. Основной классический стимул производства, определяющий эффективность его результата, – прибавочный продукт, прибавочная стоимость в коммерческом и финансовом выражении Он не призван решать актуальные жизненные проблемы.

Монетарный механизм

  1. Миссия денег

   Богатство, хозяйственная обеспеченность существования – признаки жизни, изначально добываемые трудом и мечом. Исторически,  их мерой в системе стоимости, служили деньги. С возникновением капитала возник монетарный, универсальный, товарно-денежный, механизм рыночной экономики, преобразовавший социальный образ жизни. «Капитал» К. Маркса – поиск принципа и форм обращения частной собственности (товара) в монетарной системе стоимости рынка.  Новая система быта рыночную организацию общественных отношений довела до автоматизма, полностью доверившись её разумной механике. Как только такое стало возможным, денежная мера в сознании людей перешла на все, не только на материальные ценности. Капитал посягнул на всю атрибутику цивилизованной жизни.

   Сегодня его непререкаемый порядок изжил себя объективно, ввиду того, что гуманитарные отношения, сложившиеся в развитых странах, приобрели не только руководящее положение в контактах с неживой и одушевлённой организацией жизни, но и вынужденно должны были подчиниться объективному сознанию, правилам планетного развития событий очередного геологического периода. Не государственное право, не достигнутый уровень культуры, а законы природы указывают тропу выживания в сложившихся обстоятельствах, требуют соблюдения поведенческой дисциплины по единому для всего существующего вселенскому распорядку.

   Совсем недавно, в период империализма, деньги, знак и эквивалент рыночной меры стоимости, обрели политическое поле в общественных отношениях. Они, в основном, подменили орудия классового понуждения и насилия труда, кнут и пряник, с целью обуздания разумной тяги к свободе подневольного человечества, оказались узаконенной ширмой паразитизма, роскоши, вседозволенности. Получили статус нового общественно-экономического диктата и тормоза эволюции гуманитарной жизни, средства властного и неразумного, волевого разжигания страстей. Деньги – основной инструмент власти и сохранения форм классового угнетения в обществе, доминирующий в правовых конструкциях и нравственных традициях, в имущественных, духовных и идеологических помыслах людей. Они образовали в социальном сознании непроницаемую пелену, пред которой практика нагромождает проблемные баррикады, понуждает людское царство напрягаться, рвать цепи застойного интеллекта, до сих пор, не улавливающего коварства монетарной распущенности, посягательства рыночной стоимости на основы персональной и общественной натуры.

   Кошелёк стал символом власти, порой неограниченных полномочий.  Ослеплённая внушением его всемогущества, толпа, в погоне за надуманной мечтой, готова выплясывать, подчиняться, вершить грех. Она утратила человеческое достоинство, не способна умственно трудиться, преодолевать собственные слабости, напрягаться: серьёзное противоречие традициям трудовой западной жизни. Там, где в отсутствии западного опыта и дисциплины, соответствующего социальным отношениям, волевым образом возникли свободы и демократии ради социального обогащения, там уже перекошены устои гуманитарного обихода. Там правит бал животное беззаконие, элитарность денежных счетов, созданных убийцами, мошенничеством, насилием во власти.

    Настоящее время, нашего поколения, отрицающее эгоцентризм стайной организации быта, стадную коллективность, предлагает форму существования, в которой разум обязан управлять жизнедеятельностью всех, в том числе социальных, видов энергии, в которой общественная поведенческая практика сущностью видовой, человеческой, функции должна отвечать здоровому рассудку и профессиональному умению.

    Возлагать надежды на способности и перспективную деятельность самой системы стоимости и её монетарного механизма не стоит. Не следует требовать от неё того, чего она не имеет, не умеет, к чему не имеет отношения. Неограниченность и бесконтрольность финансового комплекса при сегодняшнем многообразии социальных и хозяйственных задач требуют от неё невозможного, не замечают, что она трещит по швам, готова пойти вразнос. Для того чтобы заставить деньги реально служить обществу,  их нужно вернуть в разумное русло, в область их  реального, хозяйственного, назначения, ограничить сферу их действия  рабочими функциями, отвечающими их возможностям.

 

  1. Сбои, капризы в системе стоимости

     Неспособность действия стоимости, выраженная банковскими погрешностями, уже не удовлетворяет всё возрастающему экономическому потенциалу и рыночным формам отношений. Рынок вынужден находить пути решения за её пределами, в не существующих в её системе, мнимых расчётах и числах. В условиях эволюции инженерно-технической практики. Существующая монетарная система стоимости в условиях деградации базового состава рыночного действия не способна обеспечить соизмерение переменных стоимостей в несопоставимых процессах разной природы, технологий и эксплуатации продукта, предложений и спроса, в границах различной причинности их явлений и развития. Она не может выделить, соотнести, уравнять ценности в областях несхожих условий и задач одушевлённого и гуманитарного контактов, машинной и неживой природы в жизни современного социума.

         С разделением производственных функций и потребностей социально необходимого труда между живой и неживой природой, в связи с использованием в своих интересах всех видов планетной энергии, разверзлись пропасти между противоречиями их видов.  Пробудились материальные и нематериальные, физические, химические, органические, организменные (поведенческие) проблемы, уровни их насыщенности в жизни человеческого царства. Монетарная организация капиталистического рынка вырождается, трещит по швам ввиду недостаточной гибкости функции рыночной стоимости денег, бесчувственности её механизмов.

        Метафорически, по-прежнему, пропитание апостолов и ангелов не входит в систему стоимостей  их труда в части распределения благословений и сочувствий обывательскому быту, до сих пор просим тепла, света, урожая у Солнца, языческого бога, не участвующего в земной жизни. Разложение социальных порядков порой ведётся обезумившими, превышающими свои полномочия и способности, банками, добивающими стоимостную сущность денег. Так, крептовалюта – знак меры искусственной, виртуальной, системы стоимости переменных не столько хозяйственного делового финансового, сколько информационного обмена, обернулась денежным знаком  человеческого труда в процессе материального производства, иррациональной системы стоимости.

      Не акта купли-продажи, не спекуляции ценными бумагами, в основном, оборота (сводки) в электронных сетях счёта, где его порядок не  отвечает  тому, что творится на рынке и бирже, где значение числа  – не адекватно предыдущему прайс-листу, ставке. Она даже через рынок не имеет отношения к вещественным и духовным ценностям. Изменение цены реальной сделки в действительном времени не  соответствует времени и месту, чистоте конкурентного сигнала сети, числовая величина которого содержит навар не возникшей стоимости, а операционной погрешности, не в системе стоимости, а проекции её акта в информационном процессе.  Крептоэффект стерилен в сущностных стоимостных зависимостях хозяйственной системы.  Не имеет отношения к рыночной конкуренции, принадлежит сторонней системе рассудка, другой организации процесса мышления. Не обладает контактом зацепления с материальными естественными условиями и функциями общественной кооперации, не существует ни в системе естества, ни в ротации товарного труда.

        Финансовая деятельность склонна к вероятностной социологической и рыночной причуде, не ощущает нового состояния земного общежития, в котором по воле сознательного начала возник беспорядок в безответственном разуме, способном лишь к рискованным расчётам  на монетарных рентах и валютах насущных  задач. Действо свободного рынка противоречит истинному результату реальной практики. Оно всегда афера. Признак его  стоимости не отвечает действительной ценности выгоды. Истинный натуральный торговый обмен, имевший место в советской экономике, отрицал спекуляцию как законную рыночную операцию, как общественно не справедливый способ обогащения. Для либерального торга всякая денежная операция спекулятивна,  не правомерное действие, разрушающее систему монетарного механизма.

        Поправить капиталистическую систему, отремонтировать её денежный знак и процесс сделки, не возможно, ибо отношения рынка регулируются экономическими взаимными разногласиями участников настоящей натуральной жизни. Капитализм лишь система действия сознательной практики. Её опыт может быть ложным в определённых ситуациях и времени. Общественная жизнь, её законы, в том числе производственные и бытовые, не признают диктата фиктивной монеты.

        Возникает люфт в порядках действительной стоимости затрат, утрачена жёсткость хозяйственной системы стоимости. Если число, его значение, не одно для всех вещей и систем, числа разных сущностей разные. Их мера и количества собственные, независимые свойства. Как только экономика стала качественно различной регионально, национально, индустриально, число системы стоимости, потеряло таксономическую норму на рынке, в производстве, товаре, в купюре. Номинал потерялся в качественно различном поле оборота. Стал номенклатурным. Межнациональная кооперация прикрылась валютным коэффициентом, но между хозяйствами, отраслями, трудовыми профессиями, материальным производством и услугами, такой защиты пока нет. Тем более, специальных систем измерения ценности естественного физического и сознательного, разного уровня разумности, труда в реальной социальной жизни не существует. Виды общественных отношений утратили систему и нормы деятельности. Мера  экономической активности стала ложной.

  1. Сумерки в мире стоимостей

      Процессы естественной жизни, в том числе хозяйственной производственной деятельности, не подчинены системе стоимости. Законы и стимулы технологий и конструкций не регулируются банковским, рыночным, социально-экономическим механизмом. Они не ощущают имущественных правил собственности и требований стоимости товарного знака.

     Сегодня стоимость не определяет количество абстрактного труда в производстве. Она приведена к цене рынка, в которой человеческий труд и машинная технология не различимы, не имеют окраса, собственного статуса в создании трёх видов прибыли: производственной, рыночной, финансовой. Фактический знак рынка, показатель натуральной стоимости труда и его денежная ценность, не совмещаются в условиях как директивного, так и либерального хозяйства, фальсифицируют деловую инициативу. Деньги существуют вне трудовой деятельности: сами по себе рождаются, действуют, растут, обрели предметный образ. Но они – только счёт, в сознании. Источник сознательных и чувственных намерений. Собственно счёт является объектом и результатом развития лишь хода времени, реально оставаясь мерой пространственных материальных количеств и их производств. В том числе в имущественных, товарных отношениях. Цена денег на нашем этапе жизни уже не аналог естественной ценности, хозяйственных нужд и состояний.

      Национальные богатства, и другие его виды, существуют в виде собственности владельца, служат целью человеческих политических и экономических начинаний. В экономике рыночная номенклатура, носитель неустойчивой стоимости и переменной собственности, в пределах коммерческой стихии обезличена действующей ценой. Но в побудительной конкурентной системе есть собственные, неоднозначные, внутренние и внешние проблемы. Контрафактные, спекулятивные пути их решений.  В финансовой кухне знак стоимости единственный, числовой, из оценочных параметров таксы, количественного измерения одной единицей несоизмеримых ценностей разных наименований товара.  Знак, однозначно утверждающий обогащение, служебное значение собственности, не зависимо от характера сделки, основным жизненным стимулом социума. Системы денежной стоимости товара и средств национального достояния в социальном и персональном статусе имеют разные оценки и измерения. Отождествление денег хозяйственного рынка и реальной стоимости национального богатства – обыденная ошибочная истина.

         Деньги бюджета, коммерческой, банковской сделки и реальной хозяйственной стоимости денежного знака фактически разные, не соизмеримые, но равные между собой номиналы в универсальной, но однозначной, финансовой системе измерения. Реально современные политические рыночные отношения радикально независимы от трудовых и производственных интересов. Рыночные деньги часто не отражают действительной ценности и сущности вещей и действий, не ощущают погрешностей и злоупотребления полномочиями государственных, административных и политических манёвров, неспособность творческих процессов мышления,  товарность интеллектуального продукта. Не обладают необходимыми качествами чистоты и надёжности.

  1. Банки

  Стоимости денег, действующих в коммерческой сделке, равнозначны. Деньги банков, национальных бюджетов не адекватны, поскольку отличаются в действительной жизни обеспеченностью натуральным содержанием, инфляционной долей стоимости, финансовой исполнительской чистотой, особенностью операции. Вот этой чувствительностью современный оборот …Т-Д-Т-Д … не обладает ввиду того, что его рыночные фазы товара и денег, его зависимости Т-Д и Д-Т не соприкасаются с натуральным потреблением и предложением, не являются реальным хозяйственным продуктом, а представляют системное субъективное восприятие обезличенное количество результатов производства материальных благ.

   Так, трудно назвать банковский труд производственным. Он не принадлежит материальному процессу производства, в общем объёме стоимости претендуя на материальные блага. Финансовая деятельность в экономической жизни имеет стерильную естественную прибыль, не обладающую реальным содержанием. Она не создаёт какого-либо, в том числе, прибавочного, продукта. В социальном спросе переменная стоимость денег, – опосредованная синтетическая функция, камуфлирующая его характер. Национальные доходы стали напоминать игорные автоматы, управляемые властно. Более того, кредитование действительной хозяйственной деятельности оборачивается производственными издержками, падением   эффективности   рыночной   прибыли.          

  Банковская услуга (Д) оговаривается процентом (д), не обеспеченным прибавочным продуктом в материальном и стоимостном выражении. Он сам результат операции, продажи услуги. В её, отвлечённой от рыночной динамики Т-Д-Т, структуре Д-Д+д нет фазы товарного оборота. Её функция не имеет отношения к рынку. Когда-то классический капиталистический быт не нуждался в банках. В то время метрополию устанавливал государственный диктат, флот и армия. Противоречивость трудовых и ратных затрат выяснялась в натуральном соизмерении. Империалистическое господство монополий мотивировано банками, финансовой техникой, монетарной энергией, разумом частной инициативы, порой не в унисон социальным запросам, не в интересах общества. С некоторых пор рынок – база социальной системы распределения доходной части натуральных потребительских ценностей.

    Банковское дело изначально пыталось навести порядок, подчинить стихии денежного оборота инициативы либерального рынка в функции стоимости. Сразу же поработило бизнес, затем – производственную практику. Добралось до горла национального хозяйства. Не все банкиры бессовестные жулики, но современный монетарный механизм всякого банкира обращает в жулика. Сегодня финансовая олигархия заказывает политический курс и музыку международных отношений. Ситуация перестала отвечать разумной экономике, жизнедеятельной функции действительного образа жизни. По мере становления социальной независимости рыночной доминанты, совершенства наступательной тактики стоимости, реально, в действительной жизни, образовался объективный разрыв рыночной и монетарной целей с общественной, жизненно необходимой, потребностью.

  Современное производство – это процесс потребления его факторов (энергии, средств и предмета),    в   результате   которого   возникает  продукт,   реальная социальная   ценность,  и цена, превышающие суммарную стоимость факторов, производственных затрат. Отметим, что социальная ценность и рыночная стоимость, экономическое и финансовое достоинство денег – понятия качественно разные. Природные и трудовые факторы нации, так же как продукт национального    хозяйства, – объективно    общественные    собственности, натуральное всеобщее благо, опосредованное действующей системой распределения. Они источники существования   цивилизации.   Они   имеют  место   и   там,   где   нет  свободного рынка, принадлежат   системам   национального   хозяйства   и   образа   жизни,   их   механизму спроса и предложения, и никому больше.

  1. Мнимая стоимость финансового посредничества

       Получается,  что  оборот стоимости   и  функция   развития   натурального  богатства   в современном хозяйстве качественно не сопряжены. Оттого единица национальных денег может быть не обеспечена натуральной потребительской ценностью. Любой денежный знак в частном кошельке – поддельная стоимость, материальная обеспеченность которой гарантируется его   номиналом,   банком,   но   не   системой  хозяйственной   жизни. В современном хозяйстве банки представляют частную корпоративную инициативу экспроприации продукта   общественного   труда,   функцию,   в   действительности   принадлежащую обществу,    нации.    Они    инструмент    теневой    эксплуатации,    частного    способа классового присвоения общественного блага состарившейся маразматической экономикой. Корпоративная собственность – блок учредительных капиталов, банк, собственник процесса обращения собственности. Не учредитель является хозяином поведения собственной доли собственности, а оборот его собственности, в лице банка, обращает его самого в раба капризов рыночных стихий и финансовой интриги, становится термометром его человеческого, социального и имущественного состояния.

    В социализме частные интерес, инициатива, прибыль не стимулируют рост национального богатства, порой служат фиговым листом беззубого производства, народной нищеты.  Темпы развития   общественного   хозяйства   зависят   только   от производственного, технологического  и трудового уровня хозяйства.  Оборот стоимостей …Т-Д-Т-Д… суть теневое движение естественных ценностей, т.к. его товар подчас не имеет натурального выражения. Только производство создаёт чистый продукт, реальную прибавочную стоимость.  Коммерческие  комбинации, финансовые  потоки – лишь посреднические услуги учёта и обмена. Рынок в качестве кооперации обеспечения  производственного процесса и реализации его продукта, деньги, как средства учёта и управления  переменными спроса-предложения,- лишь накладные расходы. Они способны создавать виртуальную стоимость, но не истинно материальный или действительно необходимый духовный фонд. При практической рентабельности хозяйства наибольшие прямые затраты производства обещают успех. При этом, чем не внушительнее относительный объём рыночных и банковских операций в хозяйстве, тем меньше реальная часть корпоративных и национальных доходов, тем меньше натуральная ценность денег, тем значительнее инфляционная масса. Чем меньше доля посредничества, тем выше инерции развития общественного богатства.

     Чем незначительнее часть сделок, договорных обязательств под прогрессивный ритм и рост товарной ценности предложения, тем ощутимее и надёжнее динамика жизни. Чем серьёзнее в хозяйственной деятельности доля услуг, потребляющих национальный труд ради развития темпов оборота, но не создающих материальных ценностей, тем ощутимее атмосфера застоя, тем меньше реальная отдача хозяйства. Чем выше конструктивная сложность товара, качество и эксплуатационная универсальность, тем выше культура труда, достойнее образ жизни.

     Рынок, основным предложением которого оказываются сырьевой, энергетический, трудовой ресурс не имеет права на национальную независимость, не способен обеспечить самого себя, не является частью рентабельного хозяйства, лишён национального прибавочного продукта. Если производственные факторы  не сопряжены системой материального производственного процесса, они не имеют экономики. Не имеют эволюционной тенденции, трудового успеха. Имеет место уловка, прикрытый денежной купюрой натуральный паразитизм. Отсутствие части реального товара в составе предложения деловой сделки ставит под сомнение коммерческую систему обмена, вызывает недоверие финансовым инструментам конструктивной инициативы, не отвечает правилам обращения реальной стоимости, фиксирует банковскую спекуляцию бумагой денежного номинала, ценность которой не обеспечена материальным содержанием прибавочного продукта естественного производства.

Социально-экономические перспективы

  1. Институты стоимости и собственности

    Во времени всё меняется, всё исчезает, имеет начало и конец.  Самосохранение, сбережение собственности, нажитого, всего, что своё, – проблема современного общества в условиях прощания с его больной формацией в момент встречи с новой системой организации социальной жизни. Приходится выбирать одно из двух: пытаться продлить до конца во времени период традиционной жизни своего поколения или выжить, отказавшись от неё ради адаптации в грядущем времени человеческого рода.

   Институт стоимости и его монетарная система измерения ценности гуманитарных и материальных благ ограничена пространством и системными целями момента существования либерального рынка. Целями, не всегда совместимыми с особенностями эволюции естества, действительными потребностями и организацией обеспечения жизни одушевлённых образований природы. Монетарная система измерения, обслуживая инженерно-технические преобразования гуманитарной жизни, постоянно удаляется от запросов физических процессов трудовой деятельности, от базовых принципов отношений популяций, всех видов живой натуры, которые корректируются, изменяются в системах геологического времени. Человечество не способно  в планетном пространстве и времени продолжать существовать в силу своих надуманных капризов, поскольку оно не только сознательно, но и вещественно. Если фауна органически развивается и генетически преобразуется элементарно в условиях и законах неживого мира, человек изначально, обладает живой, одушевлённой, природой, существование которой отягчено наличием сознания. Его жизнь имеет место в планетном пространстве в соответствии с режимом земной физики, но не научной практики.

     Пока, институт стоимости – один из главных режимных инструментов капиталистического общежития, срок которого истекает, требуя реорганизации политической, классовой,  и экономической жизни. Оттого  сегодня он уже для неё не главный и не инструмент, оставаясь таковым в границах разваливающегося капиталистического рынка, загнавшего развитое человечество в хронический социальный кризис. Традиционная система измерения стоимости – искусственный ряд чисел номенклатурного прейскуранта с монетарной единицей стоимости, образованной и ограниченной в порядках последовательности натуральных чисел, разрешающих арифметические действия над ними. Всякая (отраслевая, региональная, международная, техническая и т.п.) хозяйственная проблема может решаться только в  мере и пределах собственного наименования в условиях её задач. Точность системы счёта единиц стоимости постоянно допускает вероятность погрешности, регулирование и преобразование, прейскуранта цен всякого  наименования деятельности и в калькуляции номенклатурных наименований объекта. По сути, система стоимости – лишь система измерения остроты потребностей, установленных статистически, разумно, опытно или конъюнктурно складывающихся в структуре кооперативных отношений.

     С усложнением хозяйственного комплекса и масштабности работ, её ответственность размывается. Но в её задачу, по-прежнему, входит расширение и эволюция маркетинга, либерализация рынка в период её угасания,  в момент переориентации сложившихся гуманитарных отношений в ожидаемой планетной реальности. Такой переход должен произойти на основании природных требований к существованию человеческого вида, к его рассудку, в соответствии с натуральными правилами естественных процессов, должен вписаться в исторический курс геологического момента. Сознательной составляющей человеческого образа жизни, цивилизации, необходимо освоиться в новом времени в виде очередной социально-экономической формации.

  1. Из ненадёжного настоящего в добротное естественное состояние

    Сложность перехода, возвращения к натуральным реалиям, видится в очищении зомбированного социального сознания от искусственных ценностей и ложных стимулов, от духовных суррогатов виртуального быта, от деклараций и декораций неестественного образа жизни развитых цивилизаций. Обесценивание капиталистических отношений началось с появлением состояния застойности, особенности в человеческом и социальном осознании, в недоверии оценке правовой деятельности в области отношений быта и труда,  государства и общества, с традиционно установленным действующим диктатом, в действительности неравнозначных физических и юридических, норм угнетения этой деятельности.

     Например. Ассоциативная значимость и относительная ответственность всякого торга оказываются разведёнными во времени. Сначала наступает осознание его натуральной сущности, затем ответственности естественной, не в стоимостной, а в её нравственной шкале. Возникает перенос оценки сущности с её монетарного, хозяйственно-политического носителя,- угнетения материальным, имущественным неравенством, унижения гражданского достоинства в распределении благ и наказаний, изнуряющим кредитом, биржей труда,- к натуральным мотивам справедливости. Оказывается, не богатым, не бедным, а всем, нужны равные условия в тюремных камерах, в суде по единому для всех не продажному прейскуранту, по некоммерческому принципу: зуб за зуб, кровь за кровь. В поддержку персоналий всё больше в политическую канитель ввязываются предприятия, государства, религии, народы и нации. Она перетекает из рыночной зоны стоимости в государственную и международную смуту. На первый случай, западный мир сумел сорвать занавес холодной войны, разрушить стену между либеральным рынком и натуральным хозяйством. Но диктат победителя не убедителен, поскольку не отвечает вектору и периоду хронологического времени, социальной уверенности в себе и завтрашнем дне.

       Форма и стимул деятельности, вид и мера ответственности за её результаты, в нравственном и правовом измерении, должны отвечать нормам реальной жизни. Монетарная оценка не всегда согласуется с социальными реакциями.

      В условиях физиологической сытости и всесторонней обеспеченности современного труда элемент обращения стоимости утрачивает извечную классовую доминанту в правовой и бытовой оценке события и объекта. Деньги перестают быть последней инстанцией в оценке хозяйственной функции. Меняются жизненные приоритеты, в том числе общественное отношение к собственности: даже в рыночной разборке частное достояние, капитал собственника, иной раз конкурирует с личными способностями и профессиональными достоинствами специалиста. Товарная сущность обмена не отвечает его натуральному признаку. Новая гуманитарная мораль попирает монетарную основу институтов стоимости и собственности в правовой и обиходной практике. Так, обычна юридическая ситуация, когда труду опытного профессионала, от которого зависит успех всего предприятия, соответствует меньший доход в сравнении с теми, что отвечают более высоким должностным положениям и опциям от успешного результата не собственного труда, а деятельности специалиста.

   Оформившись в самостоятельный самобытный механизм гуманитарных отношений, капиталистический рынок во времени своего существования оставался искусственным, локальным, не универсальным, не достижимым в использовании для многих стран и народов на просторах планеты. Очевидно, в будущем времени внутренние, и внешние, социальные системные зависимости будут контактировать, конструктивно и по существу оберегая себя, сближаясь, на основании общего для всех базового закона их геологического развития.

  1. О несовместимости трудовой и производственной оценки деятельности

       Сегодняшний, преимущественно умственный труд не является и не может быть фактором материального трудового процесса. Он лишь энергетический импульс управления им, импульс процесса интеллектуальной природы. Основное отличие современного производства от его традиционных видов в том, что оно эксплуатирует, главным образом, не человеческий физический ресурс, а естественные природные источники энергии. Труд не владелец нечеловеческих энергий, не господствует над ними, не присваивает их ни количественно, ни качественно. Он руководит их способностями и деятельностью. Взаимоотношения разных видов энергии с трудовой практикой не имеют правовой регламентации, не подчинены политэкономическим принципам. Не являются гуманитарными. Они принадлежат области инженерии, её конструкциям и технологиям.

    Функции современного национального хозяйства не имеют аналогов в прошлом, поскольку социализм предлагает  не свободную конъюнктуру, сопряжённую с риском, а осознанную и выверенную социальную деятельность. Его общественно-экономическая формация не имеет объективного естественного мотора развития в геологическом времени как прежде, когда статус человека в его одушевлённой популяции не отличался от особи стада на лоне природы, приспосабливался к её просторам. Сегодня наивысшую силу эволюционного авангарда в ближайшем будущем планеты обрело общество, указав человеческой особи её новое место. Общество стало его эволюционной нишей, гуманитарной средой и посредником в отношениях с планетными процессами, которым оно диктует свою, порой неразумную, волю.  Сегодня не человек, проживающий жизнь, как ему того хочется, определяет вектор и форму всеобщего бытия. Общественный разум сам избирает не социально-экономическую формацию, а её идею, жизненно необходимую морфологию, режимы существования и развития планеты в целом. Жизнь в социализме зависима от его социального рассудка, выбирающего вектор и способ выживания цивилизации, хозяйства, населения. Её человек лишь исполнитель, раб разумной общественной дисциплины и инициативы. Его судьба задана ближайшей социальной перспективой. Поскольку генетически и исторически благополучие общества предопределено курсом государственной деятельности, в условиях экономического диктата опережающего диктата хозяйственного развития планетной жизни, проблема отношений государства и общества становится главнейшей. Через неё пролегает единственный путь национального выживания.

    Квалифицированный труд уже не является непосредственно производственной энергией, производителем естественных ценностей. Он принимает участие в материальном процессе в качестве поведенческой управленческой деятельности, рабочей, осознанной, нематериальной энергии. Процесс труда выделился из современной формы процесса материального производства, сохранив за собой физическую разнорабочую функцию, вспомогательную, при этом, обрёл основной, рассудочный, статус, в машинном рабочем режиме.

     Современный трудовой процесс имеет существенно и качественно новый состав. Включает машинальную и осознанную энергию, проблемы (объекты, предметы). А так же механизмы (средства)  логики, математики, навыка, опыта. Его трудно материализовать в  системные составляющие классического и современного производственного процесса, использующего в качестве трудовой деятельности различные виды энергии, целесообразность которых выверяется человеческим интеллектом, выпавшим из возникшего автоматического промышленного ритма технологического порядка. Труд технолога, конструктора, производственника лишь посредник в создании товарной продукции. Он функционально не зависим от действующих производительных сил, но по форме (качеству, свойствам) должен отвечать им. Труд человека остаётся его личной собственностью, собственностью на ум, воспитание и образование, физиологические и физические возможности. Его форма (образ и свойства) существуют в системах руководящей (организации, управления) и специальной (профессиональной) производственной деятельности. В отличие от эксплуатации его рабочих (энергетических)  функций, которые постоянно узурпируются сторонними производственными и трудовыми интересами, человеческими отношениями.  В нашем времени классовые социальные группы отрицаются задачами, организацией, составом кадра труда и производственных отношений. Так, учредитель инициативы имеет дело с руководящим и профессиональным составом, каждый кадр которого распорядитель и специалист на своём месте. Это особенность политического и экономического статуса всякого рабочего места, требующего квалификации, персонализации исполнения и ответственности.

      Учредительный капитал,- корпорации, государства, – частный, располагает номенклатурным фондом и формой трудовой деятельности. Производственный процесс принадлежит рынку хозяйства, его социально-экономической формации, общественному собственнику. Разным областям общественной жизни: виртуальной, в стоимостной оценке, и естественной, реальной, деятельности. Помимо частного противоречия учредителя и предприятия, возникло объективное несоответствие частной и общественной собственности, возник механизм ликвидации существующей социально-экономической формации антагонизмом собственников трудовых и производственных отношений. Оттого хозяйство, организация которого служит тому, что обрабатывается, реализуется, создаётся, эксплуатируется, уже не удовлетворяет существующие экономические стандарты и стимулы, не устраивают любого вида классовые зависимости, современный образ жизни, цивилизация.

    Радикальное перевоплощение специфики формы производства неизбежно перестраивает его ресурс и назначение, энергетическую базу и поведенческую функцию. Уже не человеческий труд, не его интенсификация и масса, способен обеспечить производительность, прибавочный продукт сегодняшнего уровня и масштаба. Хозяйственную задачу в производстве выполняют все виды энергий, обузданные человеческой волей, синтезированные его разумом. Расход и организация рабочего потенциала заданы оптимальными потребностями общества.

     Работа, выполненная неодушевлённым трудом, имеет механическую или техническую оценку, не относится к производственным, социально-экономическим, отношениям. На фоне материального и естественных процессов планетной жизни роль человеческого труда преобразилась, стала особым, физиологическим, осознанным видом энергии. Его предложение обществу ценно не столько физическим объёмом, фалангами армий человеческого кадра, сколько производственной и технологической дисциплиной, его профессиональными способностями.

  1. Всякому – свой социализм

   Резко поменялся социально-экономический расклад в нашем времени. Поскольку общественное хозяйство имеет историю развития в ситуациях качественно разной сложности, пути его становления пролегли через особенности адаптации, соответствующие периодам собственной хронологии. Восприятие и ожидание благополучия в одной оценке для всеобщего планетного сообщества не приемлемы. Упование на то, что можно сделать всем хорошо и сразу – ошибочно. То, что действительно хорошо одним, часто неприемлемо другими.    Производственные процессы материальных благ всех национальных хозяйств имеют различную сложность, но свои форму и физику, отвечающие планетным реалиям, их регионам и необходимой культуре. Каждое хозяйство в своей нише планетной жизни имеет только собственную экономику, формы и структуру в условиях конкретных возможностей обеспечения средств, предметов и энергетического ресурса процесса. В том числе, труда.

     Поэтому о одновременном и совместном переходе всех народов в коммунизм мечтать не приходится. Социально-экономические особенности общественного хозяйства не всегда отвечают уровню и реальным свойствам его цивилизации. История становления гуманитарных образований происходит в геологическом времени, но эволюция и преобразования составляющих общественной жизни общества, – государства, хозяйства, нации, – имеют, каждое, своё время, не календарное, а выраженное хронологическими интервалами формирования их содержания и функций. Каждая из них имеет свой календарь, свой счёт и его  единицу. Синхронность их эволюции достигается единством исторического процесса развития общества. Так, сущностное развитие цивилизации и хозяйственного производства имеют различные функции, но реальны только в том случае, если темпы их преобразований во времени, постоянно зависимы. Так, революционный бросок вперёд инженерно-технической практики (индустриальная революция СССР, глобальная ИТР в конце XX века) провоцирует болезненную динамику бытовой перспективы.

   В отличие от социально-экономических особенностей каждой формации, физика развития человеческой популяции представлена не уровнем её цивилизации, а её характерными эволюционными особенностями, не момента исторической ситуации, а очередной эволюционной хронологической ступенью, сущностью периода общественной истории. В ближайшем будущем настырное человечество, следуя функции рода, из поколения в поколение будет равняться на уровень своих хозяйственных возможностей, поочерёдно придерживая трудовую прыть и собственную демографию, в условиях своих, и только своих, социализмов. Своих социально-экономических особенностей. Одна из новых причин грядущей исторической перспективы заключается в необходимости контроля соответствия развития планетной биологии в нас самих и неуёмных сознательных инициатив, не планетной, а социальной безответственной психики.

      Государственные своеобразия, национальные культуры, особенности политической и хозяйственной жизни имеют природой историю конкретного этноса, получившего изначально младенческий расовый и отроческий национальный периоды, независимые от соседних народов. Общество – наивысшая ступень развития натуры живого и разумного. Его переменные формы и функции, отвечающие планетному времени, предопределены хордовым вектором их исторического пути и сущностной поведенческой особенностью реального момента. Тем не менее, планета одна, жизнь у неё одна на всех. Поэтому в нашем времени особенности характеров жизни отдельных людей и народов должны отвечать единой планетной сознательной организации труда, её цивилизации. Это не политический лозунг, а физическая модель, вариант мирно сбалансированной  идеологической системы всеобщего благополучия.

 Собственность – хозяйственно-правовой механизм

  1. Сущность

   С политэкономической точки зрения собственность определяется как  историческая очередная общественная форма присвоения материальных благ, свойства которой отвечают типу производственных отношений: родовому, рабовладельческому, феодальному, капиталистическому, социалистическому, и частному или общественному социальному характеру. В социологии собственность – совокупность прав как на неодушевлённый объект (земля, недвижимость), так и на одушевлённый (люди, животные).  Собственность, как экономическая категория – один из видов отношений между людьми,  этнически обусловленная практическая форма распределения достатка, узаконенная рынком и юридически.

   В хозяйственной жизни собственность – продукт, объект не обязательно вещественный, обязательно ценность или её источник. В рыночном восприятии она не форма отношений, а товар, непостоянного во времени и неоднозначного в пространстве ценообразования. Не правовой объект, а представляющий реально действующую форму системы стоимости, механизм переменной стоимости, обладающий признаками продукта  и товара, свойством перевоплощения из одного состояния в другое. Эта своеобразная функция регулируется потребностями натуральной социальной необходимости и конъюнктурой сделки. В  системе стоимости, как критерий экономической формы деятельности, она существует в монетарном выражении. Собственность не только товар, но труд и капитал. Не только пакет прав распоряжаться личным  и частным достоянием, исторически наследованное понятие способности трудиться на себя и для общества, но и вид практической деятельности, экономический эффект, автоматически устанавливающий необходимый порядок действующей конструкции особенностей рыночных отношений и человеческого быта.

   Не существует абсолютного блага, единого для всех. Оно, благо, для всякого – только своё, как изначальная необходимая причина собственности. С другой стороны, несправедливое распределение собственности Богом, рынком, правом – причина антагонизма вокруг статьи затребованной  собственности в сфере распределения всеобщего благополучия и материального достатка. Всеобщее благо не для каждого персональная благодать. Удержать баланс  мирного и плодотворного общественного состояния не всегда удаётся.

       Стоимость в экономической теории – меновая и потребительская основа количественных товарных и монетарных значений переменной собственности в виде цены, величины затрат.  Всякий торг опирается на систему измерения сумм и свойств (качеств) наименований переходящей собственности, участвующей в сделке. На значение чисел системной последовательности  натурального ряда, единицей которого избирается  денежное выражение цены её названия, номенклатуры. Ассоциативность и относительность торга есть выяснение ценовых и затратных зависимостей с помощью счёта.  Это природа традиционных денег.  С усложнением хозяйственной функции рынка и процесса производства основы современного торга не покрываются способностями арифметических действий над числами. Главная причина: обезличка денежным знаком вида производственной деятельности, несоизмеримость (иррационализм) производственного спроса и предложения, неопределённость в оценке трудовых затрат.

      Первая необходимость в ремонте современного института собственности – это защита общественных интересов от исторически сложившегося отношения к планетному и человеческому ресурсу. Необходимость  переоценки системы производства и распределения всеобщего блага, переоценке типа всеобщей (коммунистической) собственности. Так, понятие общественной собственности – это фонд всех видов собственности, принадлежащих  общественной жизни. Созданная производственная общественно-полезная собственность – это собственность труда. Она должна в полной мере отвечать его запросам, как основному ресурсу общественной жизни. Существование труда, его эволюция, должны быть оптимально обеспечены обществом. Виды собственности,- национальная, народная, трудящихся,-  не имеют отношения к её общественной форме: их качества не могут быть представлены экономически, ценой переменной стоимости, и социально, переменным значением её реальной значимости.

  1. Статус 

      Энергетическим источником рыночного хозяйства является социальная деятельность, её частные противоречия (людей, семей, родов, предприятий, корпораций) в перераспределении переменного фонда национальной богатства. В наше время наиболее действенный антагонизм проявляется в отношениях собственностей на средства производства в процессах создания и способах распределения натуральных богатств. Именно в этой сфере частная собственность начала утрачивать своё основное содержание, способность аргументировать, оценивать причастность к проблеме. С одной стороны, собственника стал представлять обособленный блок капиталов широких многоплановых стремлений, сводимых в единый интерес акционеров разной функциональности. С другой, её экономическая категория, вдруг обрела собственников в лице государства, общественных, культурных организаций, решающих  не хозяйственные, а социальные, задачи.  Например, в лице армии, различных общностей, не созидающих, а  уничтожающих продукт производства.  Она стала обезличиваться качественно, как частная, и размываться по существу, как побуждающий генератор деятельности и охранная карта реальной стоимости. Нынешний бизнес и всякий банк суть обороты денег, доля финансового приращения которых постоянно растёт относительно единицы реально существующего прибавочного продукта. Стоимость образа переменной собственности раздваивается по знаку. Затраты на её сохранение и развитие в условиях современной экономической формы  обретают дополнительные риски погрешности рынка и единицы стоимости, её реальная социальная ценность всё чаще подменяется коммерческой конструкцией, политической целесообразностью, культурным мотивом образа жизни.

    Существуют и другие варианты вырождения частной собственности, обоснованные особенностями социально-экономических отношений классовых обществ. Наш век – начало нового периода не только в истории классового государства, но и в истории формирования человеческого феномена, личности и общественного сознания. Частная собственность представляется имущественным состоянием, или капиталом, собственника, переменным и не всегда благополучным, надёжным. В ответе за номинальное состояние собственности участвует не столько политическое (классовое), физическое, сколько психическое здоровье собственника. Современный рынок – среда обитания, изменения, превращения предмета собственности в нише спроса, а её стоимости в вероятностных эффектах ценообразования. Он требует бесконечного внимания, рассудочности, профессиональной реакции, в отсутствии экономических гарантий и нормативов.

      Собственник эксплуатируется собственностью иногда более жёсткими методами и мерами, чем человеческий труд в процессе материального производства. Конкуренция собственников выделяет две весовые категории. Лёгкая та, что ниже критического уровня собственности. Того её значения, что освобождает собственника от имущественной зависимости в областях права и бизнеса. Хозяин

собственности, превышающей  планку критической стоимости, её раб. Чем не значительнее собственность, её банковская и акционерная обусловленность, тем меньше естественных человеческих возможностей, личного времени жизни. Современный собственник не только символ богатства, но и его невольник. Собственность – инструмент угнетения. Частный собственник – узник, владелец, обременённый собственным достатком, его рыночной природой, переменной товарной стоимостью.

3    Собственность и труд

    В наше время объективным, главным и единственным эксплуататором труда выступает общество. Это новый образ жизни, постоянно требующий политических и экономических свобод. Тем не менее, человек общества их побаивается. Боится оказаться свободным, потерять работу, занятость, престиж, профессиональную обязанность. Не терпит безразличия в условностях. Отобрав у природы вожжи управления энергетикой естества, человеческое царство стало верховным в земной благодати, в отношении, как к планетной жизни, так и к своему человеку. Разумное общество вдруг оказалось той могучей жизненной средой, без которой и вне которой не способен существовать человек развитой цивилизации. С самого рождения он должен адаптироваться в общественной жизни, представляющей ему защиту и кров от всех внешних невзгод, обещающей все возможные блага за его хорошее поведение и нравственное послушание. Сегодня общество гарант человеческого, социального и персонального, существования, достигнутого уровня цивилизации.

    Законы общественного развития диктуют систему отношений в жизненном пространстве на всех уровнях. С момента смены политэкономической ориентации жизни на социалистический вариант физиологические и духовные способности человека принадлежат обществу. Одно из самых важных его особенностей, – всесилие труда. С одной стороны национальное хозяйство, не класс, не государство, его собственная система  труда,  гарантирует человеку, занятому трудом, материальную обеспеченность поведенческой жизнедеятельности. Если человек трудится, он сыт. Если труд, источник его существования – частная собственность производителя, всё равно, он, пусть независимый, но участник общественного производства. С другой стороны, если хозяйство использует не весь трудовой потенциал, или его часть, не по назначению, оно нерентабельно. Его продукт, предложение, ниже уровня, нормированного системой,  общество деградирует. В своё время частное проявление этого закона было замечено Т.Р.Мальтусом. Полная трудовая занятость, непрерывная эволюция производительных сил и производственных отношений, плюс постоянная ответственность человека перед обществом за использование собственной трудовой способности в створе всеобщей полезности – основное условие выживания современной социальной организации. 

   В том числе в узле зависимости собственника и собственности. Критический уровень собственности в разумном обществе – параметр полной обеспеченности затрат процесса труда и развития социальной позитивной деятельности, её трудовой способности и производственной задачи человека или группы людей. Данная объективная потребность экономической жизни нашего времени устраняет имущественные противоречия в организации производственных отношений, стимулирует трудовой образ жизни. Но деформирует не только идеал частной собственности, но и её институт. Если труд не бесправен, само обеспечен, его рыночная стоимость уравновешена общественным достатком. Объективно, символ частной собственности уступает надёжности личной собственности специалиста. Это один из символов эволюции практического разума существующей цивилизации.

  Сегодня сытость труда должна быть обеспечена обществом не по минимуму продовольственной корзины, а по максимуму удовлетворённых запросов его существования и развития. За счёт ликвидации паразитической составляющей рынка и банка, за счёт личной и групповой правовой ответственности в сфере общественного хозяйства, за счёт необходимого в настоящем времени перераспределения предложения труда и тарифа, на первый случай, в натуральной оценке затрат и доходов. Второе. За счёт полной политической и экономической свободы трудовой профессиональной инициативы при постоянно возрастающей загрузке подготовленного и обеспеченного труда. Третье. Вырождение института частной собственности в средах, осваивающих критический уровень обеспеченности труда, происходит за счёт перестройки социальных, не правовых, а естественных, отношений. Само время настаивает на нивелировании частнособственнических оснований вокруг общественного трудового процесса, на смещении статуса имущественного стимула в общественном образе жизни. Выживание общества в кризисных ситуациях приковано к проблемам социального хозяйства, которые в последнее время, в определённой части, решаются путём наступления на частную собственность, на её  порядки, превышающие критический уровень.

  1.   Реальные оттенки имеющей место общественной собственности 

    Отмирание классового государства меняет социальный статус собственности. В первую очередь, политический, ввиду отсутствия класса угнетателей труда. Но классовое равенство не отменяет имущественные приоритеты, деление на богатых и бедных, не отменяет конкуренции собственностей и способов обогащения, например, как трудового стимула. В новой форме организации общества признаки бесправия и бедности, законности частного достатка и правомерности свободной инициативы распознаются не по классовой принадлежности, а по положению труда, по его социальной координате в хозяйственно-политической пирамиде:

– по доступности к процессу обогащения, к занятости, к состоянию трудиться в полную силу способностей,

– от способа распределения по труду, от справедливости условий труда,

-от оценки трудовой деятельности и имущественного ценза в обществе (уровней дохода, стоимости прожиточной и профессиональной жизни труда) и в среде, паразитирующей на общественном труде,

-от отношения к нетрудоспособности, незанятости, нормированию потребления по назначению и излишеству, к способам обогащения, от механизма мобилизации труда,

-от противоречия условий, потенциальных возможностей и общественной полезности, труда. Актуальность данной системной зависимости вызвана прогрессивными качествами производственного труда, его технологий, ростом номенклатур, контрольных параметров, технической опасности, ростом профессионализма и количества профессий.  Уменьшается       острота имущественных запросов, доминанта чрезмерного богатства. Конкуренция из стоимостной области собственности перемещается в конкурсную среду трудовых навыков и успехов, профессиональных достижений и подвигов.

-от  социальных гарантий охраны, существования и развития трудовой деятельности.

   Реальный подсознательный базовый ресурс, определяющий состояние гуманитарной среды, ориентирован не в направлении преумножения богатства, не на развитие успеха частной собственности, не на контрольную долю капитала актуального оборота. Персональный и групповой инстинкт человеческой особи и популяции, подсознательная интуиция и тревожный рассудок лихорадочно ищут место в строю, того уклада, который позволит выжить обществу, каждому и всем, в нашем времени и  адаптироваться в грядущей социальной структуре, в новом физическом и психическом пространствах.

  1. Стимулы материальной собственности

   Имущественные мотивы в нашем времени обретают социальные особенности. Снижение значения богатства предполагает уменьшение влияния собственности. Достигнутый уровень удовлетворения труда, не превышающий планки необходимой ему практической обеспеченности, образует значительную долю потребительской собственности, которую трудно определить как частную, тем более, как на средства производства. Собственность, значение которой выше потребного для жизни уровня, обладающая товарным или конкурентным характером, выступает эксплуататором общественного труда и персонального собственника, отнимая жизненное время, ограничивая сферу его жизнедеятельности. Ведёт к издержкам современного стиля быта, к  утрате определённых человеческих качеств на фоне консервации традиционных недугов. Личность, её мозг, нервная система, быт, подчинены капризам собственности, её охране, развитию. Изменение, преобразование её стоимости – причина противоречий в обществе, банке, корпорации, в семье, в роду. Смена политических, классовых, и имущественных зависимых, экономических, отношений путь к разумному  ограничению её размеров. Падение значения богатства, излишеств действительных потребностей, не способствует укреплению влияния собственности.

   Собственность начинает терять качество надёжного гаранта обеспеченности. Всё в большей мере ощущается обузой. Требует постоянных забот, отвлекающих от социального позитива. Сокращаются её варианты, возможности. Колеблется уверенность в необходимости частной формы собственности в быту, на средства производства. Сам образ жизни: развитие аренды, кредита, сети общественных услуг, форм самообслуживания, индустрия всех видов посредничества в море многообразий потребностей, риски финансовых, коммерческих, инициатив, – раскручивается нарастающими инерциями. Рост проблем в жизненном времени, лишённом системной эластичности, требует разрыва со стационарными обязанностями, излишками и неликвидами оборотных средств, недвижимости.

   Деньги – эквивалент объективного существования торговой сделки в условиях субъективных потребностей жизни. Оборот не всегда преследует практический прогресс, даже если масса его прибыли превышает инфляционные издержки. Рыночный механизм может не отвечать социальной энергетике. Ещё недавно монетарный капитал считался доминирующим активом собственности. Ныне динамика, эквивалентная натуральной отдаче, – показатель здоровья собственности. Размеренный индивидуальный трудовой процесс, в соответствии с  запросами и способностями, обеспечивающий жизнь, специалиста, в массе становится убедительнее успешной практики бизнесмена, не лимитированной временем, задачей, бытом.

  1. Человеческая жизнь – вид собственности

 Личное достояние человека (здоровье, трудоспособность, профессия, социальное положение) не ограничивает его естественных потребностей. Позволяет стать общественно необходимой, необыкновенной, почётной, преуспевающей, богатой персоной. Личная творческая инициатива, как правило, воспринимается  талантом, подвигом повседневного бытия. Уже сегодня престижное положение в государственной, культурной, хозяйственной, социальной сферах обеспечивает человеку уважение, достаток, полноправие, независимость, уверенность в завтрашнем дне. При этом не нужно обнажать шпагу в угоду очередному капризу собственности, готовой обрести нового собственника. Не нужно рисковать личным достоянием и самолюбием, болезненным эго, хотя их положение в значительной мере суть частная зависимость от ведомства, банка, прессы, общества. Должность, профессия, опыт, социально положительный результат труда отличают человека обеспеченного и успешного от богатого, частную собственность и её хозяина, собственника владения, от личного собственника своих естественных и духовных ценностей.

   В условиях современных социальных отношений высококвалифицированный рабочий, труд которого регулярно оплачивается, более свободная личность, чем преуспевающий бизнесмен, собственность которого зависит от сюрпризов оборота. Повышение квалификации и опыта первого гарантирует рост благосостояния, оплаты труда, за счёт личной способности и содержит элемент социального прогресса хозяйства. Для второго рост личных достоинств, связанных с ним затрат, не обещает улучшение конъюнктуры. Данный факт свидетельствует не только размывание позиций  частной собственности, но и трансформации либерального рынка в рациональный, дисциплинированный, управляемый механизм.

    Кроме того, общество начинает давать оценку человеческой жизни не числом прожитых лет, достигнутого социального положения, нажитого богатства, оплаченного пиара, а её пользой. Чем не больше осталось доброго содержания в общественной памяти после неё, чем не меньше она потребляла и мучила окружение, тем выше её цена, историческая социальная польза, тем понятнее она. То, что порождено коммерческой собственностью, накручено капиталом, заслуга торга, не натуральное, а частное достояние собственника, её владельца. Товар, принадлежность рынка, жив, пока имеет потребительскую стоимость. Его стоимость принадлежность и отличительная особенность собственника. Частная собственность – капитал её владельца, пока она имеет рыночную стоимость. Благополучие частного собственника постоянно зависимо от субъективной номенклатурной прихоти рынка. Если собственность утратила прейскурантный статус, она обрела угрозу не ликвидности, причину неблагополучия собственника. Не собственность личных трудовых способностей, а практический трудовой успех, выделяет реальную социальную личность, в том числе, в лице частного собственника товарной стоимости.

   Человеческое общество много веков вызревало в социалистическую форму. В отличие от флоры и фауны его биологические видовые выражения сводились к расовым и национальным различиям. Наряду с принятой биологической таксономической системой, в социализме, человеческое царство, проходя социальный отбор, обретает многообразие форм планетной популяции. В части принадлежности к своей цивилизации, экономике, гражданству. Ввиду приобретения личностных особенных способностей человека: языковых, психических, энергетических, функциональных, интеллектуальных и т.п. сознательных установок осознанного поведения. Всё больше людей разных профессий, разных ведомств, положений на ступенях общественной иерархии, ощущают не только духовную привязанность своей трудовой жизни, но и ответственность перед её процессом, творческую свободу в своём виде деятельности, в достижении карьерного роста, высшей ступени её лестницы. Уже сегодня всякая из профессий отличается своими авторитетами, их поведенческим типажом. Физиологическая и организменная базы претерпевают векторные преобразования форм жизнедеятельности человеческого вида. Уже в действительности имеет место профессиональная кастовость, элитарность её воспитания, образования, опыта: гуманитарный этнос. Этнос, предлагающий не антропологическое различие человеческих организмов, а идей и видов воспитания сознаний людей и групп общежития.

     Личное человеческое достояние выступает серьёзным доводом во всех видах житейских и деловых социальных разборок. Оно может быть частной собственностью только в сфере классовой отмирающей политической структуры. В сравнении с частным, конъюнктурным, успехом личная удача более весомый гарант практической надёжности и независимости жизни собственника.

    Личностные, коллективные трудовые способности –  один из признаков гражданского и социального достоинства, нового института общественной собственности. Не рынок оценивает реальные человеческие качества в человеке, а цивилизация. Чем не выше её уровень, тем выше достоинство человеческой особи.

  1. Объективная тенденция

    Частная собственность, критерий экономики, принадлежит социальному правовому институту собственности. Одновременно является инструментом человеческого и общественного сознания в мире трудовых и бытовых отношений. Сегодня её сущностное значение выделилось и не перестаёт беспокоить в её специфическом отношении к средствам производства. В этом статусе она, традиционно, диктует имущественную, властную, гражданскую требовательность в системе государственной организации общества. Но государственное право, в наши дни, не всегда и не везде, отвечает реалиям дня,  социальной пользе.

     Изменение формы производства – это соответствующая корректировка положения труда в хозяйстве и общежитии, объективная ликвидация классового диктата, появление противоречия физического и умственного, разнорабочего, ремесленного и профессионального, машинального и новаторского начал деятельности. С конца XIX в. заметно прорастание личности в человеке, как носителя общественной формы собственности в себе, объективно своих физических и духовных способностей. Её эволюция имеет природу, отличную от механизма имущественной, властной прибыли частного собственника. Всё труднее становится совместить стоимостное свойство собственности с качествами результата процесса человеческого мышления в рамках института собственности, тарифицировать интеллектуальную и волевую, энергетическую, собственность одной статьёй.

      Помимо разумных законов в обществе имеет место духовность, нравственная чувствительность населения, в быту, в труде, в отношении не только к частной собственности, но и к человеческой личности. Психическое поле общественной жизни реагирует на  переменные состояния социального духа в глубинах цивилизации и в правопорядках трудовой дисциплины. Характер запросов и поведение массы населения в последние два века заметно изменились количественно и качественно. Там, где уровень производственных отношений высок, отвечает технологической и инженерно-технической базе, там частная особенность утратила индивидуальность в учредительской, акционерной, акции. Её социальная сущность персонально стёрлась корпоративным эффектом.

      В капиталистической организации собственность на средства производства стала корпоративной, не реальной физической, а правовой: функционально обезличенной, формально ограниченной рамками группового капитала или монополии. Корпоративную собственность, рыночную и финансовую, трудно спроектировать на средства производства, ибо её собственник, монополизм, преследует не материальную производственную, а экономическую многоплановую задачу. В странах, где нет капитализма, как такового (Россия), сохраняется собственник вчерашней организации производства, хозяин-барин. Это чиновник или предприниматель. Там возникает институт субъективного собственника, охраняемого и понукаемого политической властью, растаскивающий товарный рынок. Вопреки правовым и экономическим правилам. Там катастрофически быстро исчезает свободное производство, его цели, предмет, средства, т.е. капиталистическая собственность и её институт.

      В сложившейся ситуации объективно фокус института собственности сосредоточен в духовной противоречивости самой собственности, её поля. Частная собственность – социальная норма классовых отношений. Сегодня её прихоть сосредоточена в сфере человеческого сознания, в его личной части, в качестве имущественного переменного престижа во внешних отношениях. Является мерой, в лучшем случае, теневых прибылей, или сомнительного, хронически больного, богатства, в отсутствие единого фактического закона собственности реальной современной жизни.  В корпорации нет частного труда, хозяйства, капитала. Есть единая корпоративная собственность, патронируемая, оберегаемая всеобщей организацией осознанного труда, на каждом рабочем месте, отвечающей конкретным требованиям и задачам. Поле боя собственностей, частной и личной, в жизни гражданина и общества, становится источником прогресса организации труда, производственных отношений, особенностью современной цивилизации,  общественно-экономической формации и социального образа жизни

  1. Современный этап гуманитарных отношений.

     Настоящее время, его действительность, является заключительным этапом не только в истории человеческого общества, но и планеты. Оно промежуточная ступенька в будущее рода людского и всего живого на земле.  Человеческое царство изначально является составляющей частью одушевлённой жизни. Развивается в её лоне. Оно – её последний вид, но не окончательный. В истории одушевленного мира существует лишь один вид собственности, естественных, видовых, признаков особи. Личная собственность присуща разумному человеку, как представителю вида гуманитарных отношений. Частная собственность – временный критерий психической зоны уходящего рыночного быта.

    С тех пор, как появились вполне сознательные разумные существа, в одушевлённом мире не возникло ни одной новой формы жизни. Одушевлённая жизнь развивалась биологически во времени становлением человеческой породы, рас, национальностей от практической неумелости к сознательности поведенческой функции в процессе постоянно необходимого труда, главного средства выживания людской популяции. Ныне дозревший  homo sapiens в современных планетных условиях жизни не способен удовлетворить собственно себя, собственное биологическое начало, т.к. возможности осознанного человеческого труда не отвечают нормам и целям его быта. Сегодня он, вместе с планетной жизнью, обязан, заботится не только о себе, но и о пространстве своего обитания, его организации, структуре, морфологии, во имя самосохранения. Независимо от того, что он обо всём этом воображает. Кроме того, биосфера не является базой существования осознанного разума.

      Возникновение биосферы отделило живую породу от неживого вещества.  Спад эволюционного темпа развития биофизических процессов вызван явлением ноосферы, сознательного, интеллектуального и психического, фактора планетной жизни. Коль биологическая таксономия узаконена во времени, успешно развивается духовное поле планетной деятельности, для понимания возникшего образа жизни следует разобраться в структурах социального сознания, выделив авангардные и базовые тенденции.

      Объективно полезная общественная деятельность сосредоточена вокруг позитивного способа труда всеобщего планетного производства. Затраты данного процесса в натуральной оценке высшего природного замысла объективно идут не в интересах частной инициативы, национального или мирового хозяйства, а в интересах планетной натуры. В первую очередь, для неё, но не за её счёт, её задач, не в пику её физике. Человеческая популяция, решив эту задачу, гарантирует ноосфере вид на жительство вкупе с биосферой. Проблема имеет причиной не биологическую, не вещественную мотивацию, а физические законы развития кинематических,  динамических, физиологических и психических полей земного пространства в геологическом времени.

      Она предлагает развитие не только специфического человеческого опыта, пересмотра организации производительных сил, географии концентрации труда. Требует способности управлять материальными, естественными, вещественными потенциалами планетной жизни, всеми видами её энергии, не в своих, а, в первую очередь, её интересах. Предписывает осознанную очередную адаптацию общества в следующей, новой, ступени планетной жизни, вызвавшей раскол социального уклада вокруг производственных отношений взрывом количеств областей и многообразия свойств интересов, специальных потребностей, неоправданных волевых решений, радикальных изменений в формах образа жизни. Не экономика подмяла политику. Не государство вмешивается в экономику. Идёт активная ломка объекта труда, требующая высвобождения для него особого места в процессах общественной и человеческой деятельности.

     Гуманитарная система отношений, её разумный пульт, ноосфера, принадлежит не материальной и не динамической вселенской жизни, она самобытна, не всесильна. Её жизнь и возможности ограничены планетным пространством земной природы. Там, где их нет, там нет у неё родительского ресурса и одушевлённой сферы её  жизнедеятельности. На органическом, тем более неживом, уровне натуры,  она невозможна. Отвоевать что-либо у Космоса людям не по силам. Везде мы не добрые пришельцы, земные мигранты, а инородное неведомое образование, чудище из другого времени и физики психического поля. Кроме того, наш период социального развития отвечает только данному планетному времени, данной фазе развития земного биологического процесса. Человечество обязано адаптироваться в конкретной системе пространства и времени, или планетные просторы освободятся от его присутствия.

  1. Профессионализм социальной практики

       Развалилась классовая модель политического строя. Перестроилась профессиональная организационная форма труда, заняла непривычное место, определяющее общественный класс, уклад, действительно необходимую политику и экономику. В сознательном мире общественных отношений возник трудовой этнос. Его классы: государственный, аграрный, промышленный, интеллигенция, – представляют основные политические направления развития  и области действия производственных отношений как гуманитарная цивилизация. Его инфраструктуру, маркетинг, приняли к исполнению общественное здравоохранение, образование, искусство, наука, плановые и финансовые управления спросом и предложением всякого вида  труда. В таксономии трудовой жизни видом является специальность. Этнос, сформированный в сознательном поле, оттого присущий каждой разумной особи, уже сегодня диктует правила поведения каждого в массе. Оттого перекос уклада должностных, государственных и  социальных пирамид относительно лестницы труда,- квалификационной, практического опыта, профессиональной,- заметен.

      Профессия объединяет людей по интересам, экономической тарификацией, квалификационным разрядом, особенностями организации трудовой деятельности, взаимопониманием в различных ситуациях. С другой стороны, профессиональное профилирование общества определяет свои политические перегородки, свой образ жизни. Так, ранее различие начальника и подчинённого, имущего и неимущего, зависимого и независимого определялось правом, доходом, собственностью, традиционным классовым признаком. В нашем времени тот, кто живёт от общественного труда, обладает этническим достоинством, его труд не является товарной стоимостью. Собственность убивает человеческие качества не её материальной значимостью, а стоимостным аргументом, чуждым естественной природе человеческих отношений.

     Босс может не владеть профессией,  не понимать технологии. Он представитель рыночной собственности. Сегодня профессия по жизни объединяет и разъединяет труд по знанию, навыку, опыту, отдаче, т.е. по особой, оригинальной, статье трудовой способности, невзирая на лица. Труд – категория экономическая, не всегда товар. Его оценка переносится из области рынка на сознательные социальные акценты отношений людей: ударник –  бездельник, мастер – ученик, рабочий –  инженер, исполнитель – начальник. И рентабельные: что сделано конкретной инициативой сейчас и в жизни, что дало и сколько это стоило обществу.

     Гуманитарное общежитие в отличие от организации одушевлённой натуры имеет две причины, две базы происхождения человеческой породы, биологической и сознательной популяций, этноса. Биологическая общность обрела расовый, национальный, инородный, земляческий характеры. Сознательный этнос, возникший в психическом климате разумной цивилизации, распадается на специальные уклады взаимосвязей практической деятельности вокруг хордового ресурса собственной жизнедеятельности, труда. Его профессиональный признак оказывается в основе всех видов взаимоотношений и системных зависимостей человеческого быта.

      Биологический этнос – социальный тип, исторически возникший вид устойчивой общности, выделяющейся особенностями антропологии, языка, быта. Трудовая общность, представляющая профессиональную группу обособленных производственных отношений, осознанную гуманитарную популяцию, обладает своим генезом: происхождением, этапами формирования, качественной эволюцией культурной и бытовой специфики. Генетика прослеживается не только в усложнении средств и предмета труда, навыков, личной ответственности за корпоративный результат, но и в наследственности опыта, знания и кадра, в династических родовых поколениях специальности. Во времени развивается не только профессионал, его ученики и последователи. Развивается независимо от человеческого фактора сама профессия, деловая специальность, её родовые династические наследователи, как вид ноосферы, всё больше вычленяя и детализируя каждую профессиональную способность из общей картины многовидового труда. Всё глубже вникая в планетный процесс, который в зоне Земли трудно представить однозначным, естественным. Наличие неживой, органической, биологической и разумной форм жизни тому причина. В будущем психический мотив должен представлять систему дальнейшей эволюции рассудка, как человеческого, гуманитарного, так и основу машинного, т.е. функцию и конструкцию всех возможных видов трудовой энергии.

   Миновали в геологическом времени сначала этапы появления  видов живого, затем рас, национальностей в человеческом царстве. Сегодня земная эволюция имеет авангардом пути развития сознания в социальном психическом поле, внутренних процессов мышления и структур гуманитарных систем. Их этнический вектор породил два вида нового политического противоречия: внешнего специального (профессионального) разделения общественного разума и  его  внутреннюю тенденцию разделения собственно разума по уровню персонального и общностного развития, социального воспитания, жизненного опыта и образования.

    Специальный труд служит не только обществу. Он является одним из авангардных сил строительства будущего планеты. Труд, наряду с космическими, вселенскими, планетными ресурсами живой и неживой природы, стал полноценной рабочей функцией развития земного пространства.  Профессиональная категория труда, тип поведенческой человеческой деятельности, – имеет не биологическую природу, но она реальна, как сознательный раздел, в мировой ноосфере. Возникла в виду необходимости прогресса планетной жизни. Не человеческой выгоды, а земной разумной целенаправленной деятельности. Её перспектива в будущей организации земных натуральных процессов очевидна. Уже сейчас её следует считать реальной объективной  функцией ноосферы.

      Нет предела достатка, выраженного монетарной оценкой. Задачи, возникшие в экологических и экономических программах, имеют натуральную морфологию и фактический продукт, результат, параметр. Если в обществе можно  отделить богатых от бедных, то считаться с запросами планетных процессов, с их материальными, естественными, вещественными нормативами гуманитарной жизни приходится действительным наличием реального естественного и духовного блага. Нельзя оставить людям всю наличность достигнутого уровня цивилизации, а созданную в дальнейшем, в натуре, стоимость подарить окружающему их  миру, – это вернуться в состояние собственного примата. Финансовые уловки и не имеющие потребительской стоимости рыночные сделки в натуральной экономике, в настоящей жизни, не являются, в действительности, её способами выживания и создания реальных ценностей.

    Человеческий труд в системе планетного натурального воспроизводства жизни становится надеждой вселенского прогресса, его физикой. В системе одушевлённого мира он основа всеобщей поведенческой функции, главный конвейер которой суть тотальная жизнедеятельность, морфологическая, духовная, интеллектуальная. Первой экономической задачей становится первоочередное обеспечение нужд труда,  новая мораль, право.

     Частная собственность – монетарное отличие частного достатка. Профессия – личное достояние, собственность человеческого труда, имеет природу планетной натуральной ценности. Она общественный уклад жизни, гуманитарный этнос социальной поведенческой деятельности, способ современного человеческого существования, развития не только личности нынешнего дня, но и её рода. В разумной природе общественной жизни, куда нет входа системе стоимости, она занимает место человеческого вида жизни. Собственность, как атрибут частной практики рыночного быта, в настоящем времени, в ситуации ликвидации классовых отношений, не гарантирует собственникам какого-либо господствующего или хозяйственного уклада в социальной организации. Эпоха зарождения биологических видов, как и периоды становления разумной человеческой особи, затем сознательных классовых общественных систем, – в прошлом. Развитие социального сознательного этноса в нашем времени ощущается всеми уровнями глобального бытия. Профессиональный прогресс сулит успехи будущему социума, лишь в случае, если он отвечает количественно и качественно интересам как живой, так и неживой природы.

©  Г. Ашмарин

 

 

 

 

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии